Решив, что физическая работа – лучшее средство от неприятных мыслей, Иван встал из-за стола и через сени вышел на задний двор. Баня располагалась в углу участка за домом. Нарубленные дрова он еще вчера после полудня аккуратно сложил в поленницу под навесом у бани. Воду натаскал утром. Оставалось только протопить.
В предбаннике пахло пропаренной древесиной, дубовыми вениками, смолой, которая выступала из бревен перекрытия, стен и подшивных досок. Иван разжег печь и отрегулировал тягу в дымоходе чугунной заслонкой.
Барбос опять залаял, но он не придал этому особого значения. Возможно, машина проехала мимо или же к отцу гости заявились. Потом Иван все же решил проверить. Уж больно пес заливался!..
Он вошел в дом через заднюю дверь и увидел двух накачанных парней, которые заламывали руки его родителям, в то время как третий шарил по трюмо в гостиной. Все мышцы спецназовца мгновенно напряглись, а сознание с быстротой компьютера стало просчитывать варианты развития событий. Иван отлично понимал, что ошибка может стоить им всем жизни.
– А ты еще кто? – удивленно спросил мордоворот с обожженным лицом.
– А я здесь живу, – вежливо пояснил Иван, шагнув вперед. – Быстро отпустили их!
– Ты чего это борзый такой? – прорычал Горелый, оттолкнул мать на пол и двинулся навстречу Ивану, разворачивая мощные плечи.
Его кулак с расплющенными набитыми костяшками, весь покрытый шрамами, с одного удара ломал челюсть противнику, поэтому он не особо взволновался, увидев перед собой обычного парня без оружия, значительно уступающего ему габаритами. Просто какой-то сопляк, вообразивший себя крутым. Он таких рвал пачками.
С плотоядной улыбкой Горелый резко нанес строптивому должнику хук в голову справа. Он все рассчитал. Схватка должна была завершиться тут же, но Иван молниеносно перехватил руку бандита, вывернул ее и врезал ему ногой в лицо. Горелый, не ожидавший такого угощения, отлетел к дверям, ударился затылком о косяк и точно мешок сполз на пол.
Стена бросил отца, сделал шаг, хватаясь за пистолет, но не успел его вытащить. Иван оказался рядом и провел штампующий удар по правой ступне мордоворота. Он схватил руку на кобуре, не давая вытащить пистолет, резко присел и правым кулаком нанес мощный удар в низ живота. Гигант осел на пол так, точно из него разом вытащили все кости.
Иван, не останавливаясь, кувыркнулся и сделал подсечку Живцову, влетевшему в комнату. Бандит рухнул лицом вниз, тут же попытался вскочить, однако получил сковородой по голове и повалился опять, уже без сознания.
– Осторожнее, так и убить можно, – прикрикнул сын на мать.
Она отступила, опустив сковородку.
Тут Иван заметил движение Горелого, который силился подняться, подскочил к нему, блокировал руку с ножом и ударил в ключицу. Очень действенный способ нанести противнику значительный урон и не убить. Было слышно, как тихо хрустнула сломанная кость. Лицо Горелого исказила гримаса боли. Рука бандита отключилась. Со стоном он выронил нож, попытался было оттолкнуть Ивана здоровой рукой, но получил мощный удар в пах и от боли потерял сознание.
В этот момент входная дверь отворилась. На пороге стоял шофер джипа. Такой же отморозок, как и остальные. Он не растерялся. Правая рука нырнула за отворот пиджака.
Иван за долю секунды осознал, что не успевает достать его. Он схватил первое попавшееся под руку – точильный камень с кухонного стола – и швырнул его в голову противника. Брусок угодил шоферу в лоб, отскочил и упал на пол с глухим стуком. Шофер не издал ни звука. Закатив глаза, он как подкошенный рухнул с крыльца.
– Ну, надеюсь, что это был последний, – выдохнул Иван.
Его взгляд сканировал пространство за окном, часть ограды, что была видна, пустую машину за околицей. Ничего подозрительного. Значит, на этот раз отбились.
– Снова за деньгами пришли, – пояснила мать, подбирая с пола посуду, упавшую со стола.
Осколки разбитых тарелок со звоном отправились в мусорное ведро.
– А что же будет, когда ты уедешь? – со скорбным видом спросил отец.
– Ну, вы, гады, достали, – пробормотал Иван, глядя на неудачливых визитеров, распластавшихся на полу.
Такие точно не отстанут. Проверка пульса показала, что все живы. Сознание к ним еще не вернулось, но это был вопрос времени. Иван сходил на улицу, возвратился с мотком веревки, крепко-накрепко связал непрошеных гостей по рукам и ногам, а затем усадил их у стены в ряд.
– Все, мать, звони в милицию.
Стоило Зинаиде Андреевне закончить разговор с капитаном из дежурной части РОВД, как перед воротами затормозил милицейский «уазик». Она удивленно посмотрела на сына.
– Оперативно работают, – улыбнулся Иван. – Можно подумать, что сидели где-то неподалеку. – Он повернулся к пленным и грозно спросил: – Что, участковый с вами в доле?
– О чем ты базаришь? – огрызнулся Горелый.
– Закрой пасть и не встревай, – рявкнул на него Живцов, наблюдая за милиционерами, идущими к дому. – Объяснять буду я.
– Так, разговорчики!.. – прикрикнул на них Иван.
