– Что ты сказал? – Опустошенно спросил я.
– Что слышал, – ухмыляясь произнёс он.
– Что с ней? Я тебе нож в глаз воткну, сучара! – Я накинулся на него и чуть не выдавил ему глаза пальцами от злости, меня оттащили от него Вепрь и Котёнок.
– Я убью эту гниль! – Кричал я.
Вепрь склонился к нему и быстро начал спрашивать:
– Где Арнамент? Быстро! Или мы отпустим Панка!
– Не знаю. Клянусь, не знаю! – Вопил пленник.
– Места вашего пребывания, скопления, обсуждения боевых действий? Быстро!
– Всегда разные! Нет чёткого места, – скороговоркой тараторил он и смотрел на меня. Я пытался вырваться из рук Котёнка, но он держал меня изо всех сил, а я не мог сконцентрироваться и поэтому лишними движениями распылял силы.
– Не верю! – Грозно произнёс Вепрь.
– Клянусь! Нет постоянных мест! Есть ещё один бар, там собирается группа из пяти-восьми инквизиторов – он выкладывал всё, что знал. Громко, чётко, боясь, что мне позволят с ним повеселиться.
– Что с девушкой, где она? – Спросил Вепрь.
– У себя дома! Она постоянно под присмотром! – Вопил инквизитор.
Вепрь, тяжело вздохнул, посмотрел на меня, быстро подлетел к нам с Котёнком, взял у него пистолет и направил дуло в голову пленнику.
– Спасибо, – произнёс он и, выждав несколько секунд, нажал на курок. Мозги бедолаги разлетелись по полу вокруг.
– Отпусти его, – сказал Вепрь Котёнку и протянул ему пистолет.
Котёнок разжал руки и взял оружие, а я накинулся на мёртвое тело. Начал бить его, разрывать голыми руками, трясти и кричать. Вепрь наблюдал за всем происходящим, как я пачкаюсь в крови врага, как бешено рву его на части, как непереставая ору. На самом деле, на крик не очень было похоже, скорее я рычал.
– Успокойся! Я сказал успокойся! Мы всё узнали! – Закричал на меня Вепрь.
Я слез с трупа и упал рядом. Мне было тяжело. Тяжело дышать, думать, я не хотел ничего понимать, но всё понимал. Котёнок срезал верёвку. Вепрь ушёл на время, потом вернулся с канистрой бензина. Я всё это время лежал на полу.
– Вставай! Пошли домой, – сказал мне Вепрь, поливая бездыханное тело врага бензином.
Я встал и заметил, что безоружен.
– Пошли, пошли, – произнёс Вепрь.
Мы направились к выходу. Когда вышли на улицу, Вепрь развернулся и зашёл обратно на склад, через минуту он вышел к нам.
– Пусть горит. Это лучше, чем гнить в земле. Да и крыс часто огнём выкуривают, – произнёс он, и мы направились домой.
***
Придя домой, я дал волю эмоциям – на улице приходилось сдерживаться.
– Вепрь, что делать? – Я был в панике.
– Для начала – успокойся! Во-вторых, сам дурак, ты её подставил под удар, и они этим хитро воспользовались. Скорее всего, её используют, как наживку, для того, чтобы заарканить тебя, – спокойно говорил Вепрь.
– Я должен её спасти! Она из-за меня в беде. Это моя вина, и я не могу сидеть сложа руки, – меня всего дёргало, я никак не мог успокоиться.
– Если сунешься – тебе крышка. Пойми, ты не сможешь ей помочь, – обречённо произнёс Вепрь.
– Да лучше я сдохну. Из-за меня может пострадать она. Ты не понимаешь, что я чувствую! – Крикнул я.
– Ошибаешься… я всё понимаю, – тихо произнёс Вепрь.
– В смысле? – Встрял Котёнок.
– Аня узнала о нашем мире, когда я был инквизитором. Я говорил тебе, Панк, что долго добивался её и добился… а потом очень скоро стал отступником и, чтобы обезопасить её, мне пришлось…, – он с трудом говорил и мялся. Это было очень непохоже на него.
– Что пришлось? – Спросил я.
– Пришлось… убить всех инквизиторов, которые могли использовать её для того, чтобы выйти на меня. Всех, кто знал о ней. Одного я убил на её глазах и получил тяжёлое ранение, – мрачно рассказывал Вепрь.
– А Седой? – Поинтересовался я.
– Седой не видел её, он знал о ней только по моим рассказам. Так было лучше. Я, конечно, доверял ему, но всё равно был осторожен. Так было лучше, – говорил Вепрь. – Тот момент, когда я получил ранение… Он стал ключевым в моей жизни. Я спасал её любой ценой… Это и был момент, когда я её добился… Но зачем? Десять лет в отступничестве, а она всё ждёт, когда мы будем вместе, и нам ничего не будет угрожать…
***
