– Я знаю, молодой человек, знаю…, – спокойно проговорил дед и улыбнулся.
– У меня всё, дальше дело за вами. До свиданья.
Мы попрощались с хозяином, и я покинул его территорию. Теперь у меня осталось только одно дело – забрать деньги. Для этого я вернулся в Санкт-Петербург.
Дом, милый дом. Старый подвал, освещённый несколькими керосиновыми лампами. Огромная библиотека, оставленная мне прежним хозяином. Матрас, столик и вездесущие трубы. Я помню, как Вепрь привёл нас сюда в первый раз. Мы были замученными и уставшими. Тогда, эффектно появившись, он спас нам жизнь. Седой был сильно ранен, я боялся, что он погибнет, возможно, не из-за ранения, а от большой потери крови, но Вепрь спас его. Он творил чудеса – наш волшебник, мастер выживания. Чему-то я успел у него научиться, поэтому довольно неплохо скрывался от инквизиторов, пока их официальная охота на деле не окончилась. Меня оставили в покое, и я благополучно вернулся в этот подвал. Я сильно привязался к этому месту, оно было пропитано страстью к жизни, духом борьбы. Иногда ко мне заглядывает Котёнок, теперь для всего мира он является моим усыновленным подопечным, но я думаю, что мой контроль не сильно ему нужен. Что я вообще могу дать человеку, который прошёл со мной плечом к плечу через кровопролитную, жестокую, братоубийственную войну? На деле он оставался моим другом, правда, иногда меня вызывали в школу на родительские собрания – просто хуже не придумаешь. Приходишь туда и два часа борешься со сном, когда тебе втирают, что твой подопечный снова подрался или грубо высказал учителю свою точку зрения на какой-либо вопрос. С оформлением документов помогла, кстати, Стая за небольшую услугу, и с тех пор я выполнял, но уже за деньги, предложенные ими контракты. Было их не так много, но всё-таки хороший доход, солидная помощь. Так что о том, что мне грозила опасность, можно было и не думать, но я всё равно думал об этом. Постоянно думал. Всегда был настороже, пытался видеть на несколько ходов вперёд, и раз я пока жив, значит, мне это удаётся.
После столь опасной вылазки я отсыпался почти двое суток. Сил совсем не было, не хотелось ни есть, ни пить, только курить и спать.
Со стороны улицы послышались быстро приближающиеся шаги, по ним можно было без сомнений сказать, что идущий направляется наверняка, зная всё, с чем он тут встретится. Я очень часто спал в одежде, чтобы не тратить время, если придётся быстро вставать – эта привычка ещё с военных действий осталась. Странно, я заметил такую штуку, что война уже год назад как закончилась, но я продолжал жить в ней. От шума я открыл глаза и, не издавая звуков, быстро встал с постели, вытащил из-под подушки револьвер и, подойдя ко входу, встал спиной вплотную к стенке. Если зайдёт незнакомец – пуля ему гарантирована. Я сделал глубокий вдох и внутри сжался, словно пружина, готовая резко разжаться. Шаги с той стороны остановились, он не мог услышать меня, я сделал всё ювелирно тихо. Если только это… Котёнок.
– Опять оружием пугать будешь, – с другой стороны стены донёсся этот тонкий, в данный момент раздражающий, но всё же родной голос и через мгновение в дверях появилась родная морда.
– Когда-нибудь я тебя пристрелю, – с иронией произнёс я и направился к дивану, чтобы убрать револьвер под подушку, где ему сейчас самое место.
– Когда вернулся? – Поинтересовался этот мелкий комок проблем.
– Не знаю, дня два назад. Сильно устал, очень много сплю, – ответил я.
– Правильно, восстанавливай силы, – улыбнулся Котёнок.
– Что случилось? – Спросил я, увидев его необычно довольную морду лица.
– Да ничего, – начал отмазываться мой подопечный.
– Кошак! – Повысил я голос, а потом мягко добавил, – не нервируй меня.
– Всё как обычно. Надо тебе, папуля, в школе моей появиться, – улыбнулся он.
– Что на этот раз? – Уже смирившись с предстоящим выносом мозга, спросил я.
– А вот на этот раз не из-за меня, ну из-за меня, но…
– Короче.
– Конец учебного года вот и проводят собрание.
– Ты в каком классе, засранец? Напомни отцу, – зевая, спросил я.
– О, как всё запущенно. Папка, очнись, – Котёнок начал щёлкать пальцами над моей головой. – Девятый как-никак. В этом году выпускной у меня, – засмеялся он.
– Да ладно? – Удивился я.
– Поверь мне, – дурачился этот мелкий проныра.
– Значит, нашей принцессе нужно покупать выпускное платье? – Улыбнулся я.
– Ой, как смешно, – надулся бедный малый.
– Один ноль в мою, лошара. Будешь королевой балла, – засмеялся я. Мы постоянно подкалывали друг друга.
– Шутник блин, – засмеялся Котёнок, не имевший уже сил сдерживаться и дуться напоказ. Смех прошёл, а желание спать осталось. Я развернулся и направился к матрасу.
– Тебе придётся прогуляться до моей школы, как бы тебе ни хотелось отвертеться, – продолжал улыбаться мелкий. У меня совсем не было сил, я много зевал и чувствовал, как сильно слипаются глаза.
– Ну, это нормально, – сказал я и плюхнулся на матрас. – Когда собрание?
– Через неделю.
– Отлично, успею купить вазелин, чтобы доблестно держать удар за твои приколы, – замученно пояснил я.
