Сейчас Мэр осматривал самый большой в мире террариум, получивший название «Манеж интернэшнл», размышляя, не следует ли обложить его изнутри кафельной плиткой. Склонившись над пропастью, он смотрел на смоляную поверхность воды, думая, как бездарно они с Плинтусом проиграли Модельеру: сначала позволили умертвить пылкого и бескомпромиссного Роткопфа, чей труп покоился теперь на Арлингтонском кладбище, а затем направили в ловушку предводителей скинхедов и «Красных ватаг». Этот двойной проигрыш сулил политические преследования и требовал неординарных действий.
Обдумывая безвыходную ситуацию, Мэр провел у воды больше часа, пока на поверхности акватории не задрожали легкие круги, что свидетельствовало о приближении чудища. Слуга-кореец увел Мэра подальше от греха.
Другим несчастливым объектом была Кольцевая дорога. Казалось, совсем недавно, по наводке Модельера, прокуратура завела уголовное дело, обвиняя строителей дороги, а значит, и Мэра в мошенничестве. Прокуроры ночами, когда спадало движение, ползали по трассе с аршинами, рулетками и штангенциркулями и обнаружили, что полотно на десять сантиметров уже проектной ширины, а значит, асфальта не положено на площадь, равную тридцати миллионам квадратных сантиметров. Разгорался грандиозный скандал. Мэр собрал в кулак все коммунальные службы. За несколько дней под Кольцевую дорогу был подведен мощный нагреватель, что привело к тепловому расширению полотна, и судебная экспертиза не обнаружила нарушений.
И вот теперь, когда одна напасть миновала, накатилась другая. Все тот же Модельер подбил слабовольного мэра Санкт-Петербурга совершить в отношении своего недавнего московского друга диверсию. Из Центра по разработке биологического оружия, находящегося в городе на Неве, в Москву, под видом пивных дрожжей, был доставлен биологически активный грибок с кодовым названием «Балтика». Достаточно было поставить у обочины Кольцевой дороги одно пивное заведение в виде матерчатого шатра с красочной, из папье-маше, скульптурой бутылки, как грибок был перенесен на асфальт и начал свое разрушительное действие. Полотно уничтожалось со скоростью четыре метра в сутки. Прожорливый грибок съедал асфальт до земли, превращая трассу в рыхлую рытвину. Начались пробки, аварии. Ремонтные бригады едва успевали восстанавливать дорогу, как грибок тут же сжирал восстановленные участки, распространяясь все дальше по периметру кольца. Посыпались нарекания в прессе. Мэра обвиняли в халатности, в сокрытии дорожных налогов, в неумении организовать движение автотранспорта. Модельер, принимая представителей сексуальных меньшинств, намекнул, что есть люди, готовые организовать саботаж на дорогах с целью понизить рейтинг Президента.
Назревал острейший конфликт между руководством Москвы и Федеральным Центром. Мэр был взбешен. Желая отомстить вероломному северному коллеге, он напустил на Санкт-Петербург грибок из подмосковного биологического центра под кодовым названием «Ново-Огарево». Заброшенный в Северную столицу, грибок мгновенно сожрал весь Невский проспект, Александрийский столп, обе Ростральные колонны и оставил от города, готового праздновать трехсотлетний юбилей, одни раскрашенные фасады.
Однако это проявление давнего соперничества двух столиц не спасало Кольцевую дорогу. Грибок сжирал автомобильные покрышки. Трейлеры «ТИР» въезжали в город на ободах. Милицейские патрули стояли босиком или в развалившихся сапогах. Уничтожение грозило не только МКАД, но и всему мегаполису.
Кто-то подсказал Мэру обратиться в кожный диспансер, к специалистам по грибковым заболеваниям. Те, в качестве крайнего средства, посоветовали использовать принцип тушения лесных пожаров, «огонь на огонь»: навстречу петербургскому грибку «Балтика» направить подмосковный грибок «Ново-Огарево», в надежде, что они столкнутся и сожрут друг друга.
К эксперименту тщательно готовились. Специально заразили «Балтикой» участок дороги у Дмитровского шоссе, а новоогаревским аналогом – участок у Ярославки. Два грибка с угрожающей скоростью двинулись навстречу друг другу, рыхля и испепеляя трассу. Но когда встретились в районе Алтуфьевского, вместо того чтобы жрать друг друга, объединили усилия и начали сообща съедать МКАД в направлении Ленинградки и шоссе Энтузиастов.
Это был провал. На экстренном заседании мэрии решили забросить проклятую дорогу и начать строительство новой, с радиусом в сто один километр, где когда-то коммунисты установили черту оседлости для отбывших срок политзаключенных. На отравленных и зараженных участках, оставшихся от съеденной МКАД, начали возводить красивые бараки, куда переселялись из центра злостные москвичи-неплательщики, освобождая квартиры разбогатевшим азербайджанцам и татам.
