Крейсерова соната полностью

Но в дверях появился огромный, в камуфляже, детина, раскрыл сквозь прорезь в чулке красные губы и крикнул:

– Слава свободной Ичкерии!.. Отомстим за Джохара!.. – Пустил поверх голов долгую долбящую очередь, отчего ошеломленные зрители попадали ниц.

Было ясно, что совершено нападение, подспудно ожидаемое, давно обещанное и все-таки непостижимое и неправдоподобное. Террористы, чей чеченский след власть обнаруживала то в дымящихся руинах московских домов, то на потолке Государственной думы, то на своем собственном, глубокомысленном и слегка идиотическом лице, чем-то похожем на ястребиное лицо советника Президента по вопросам информации и куртуазных отношений, захватили Дворец «Голден Мейер» и не замедлили оповестить об этом заложников.

Главарь нападавших, жестоко расстрелявший первый ряд зрителей, прижал к дыре в черной маске мегафон и рокочуще произнес:

– Всем оставаться на местах!.. Мы, воины свободной Ичкерии, взяли вас в плен!.. От вашего поведения, а также от поведения ваших правителей будет зависеть, выйдете ли вы отсюда живыми или в каждом кресле будет сидеть красивый труп, в котором будет несколько дырочек!.. Меня зовут Арби!.. Ты, надувной гондон, иди сюда со своей телекамерой! – обратился он к Крокодилову, который, надув аппетитные щечки, раскрыв изумленный румяный ротик, смотрел блестящими глазками – замочными скважинами – на террориста. Услышав оклик, тотчас приказал оператору приблизить к сцене камеру, перед которой, слегка позируя, встал террорист. Обращаясь в объектив, держа автомат стволом вверх, заговорил, справедливо полагая, что его слышит вся Россия, весь мир, а также российские власти, кому и была адресована речь.

– Мы явились сюда не мстить, но требовать справедливости!.. Мы готовы умереть, как умирали двести лет подряд наши прадеды, деды и отцы, казнимые русскими карателями и палачами!.. Но, прежде чем умереть, мы подымем на воздух не только этот развратный дворец, но и весь близлежащий район, где проходят коммуникации газа и электричества, а также подземный канал, соединяющий метрополитен с Москвой-рекой!.. Наши требования немногочисленны и просты!.. – Арби на мгновение задумался, стараясь не забыть ни одно из требований. – Вывести все федеральные войска за пределы Ичкерии!.. Ввести подразделения армии Великой Ичкерии во все крупные города России!.. Освободить из российских тюрем всех героев чеченского сопротивления!.. Отправить за решетку всех генералов Российской армии!.. Сделать Шамиля Басаева спецпредставителем Президента России по Южному федеральному округу!.. Передать воинам чеченского сопротивления, пострадавшим в боях за свободу, наделы русских земель по сто гектаров вместе с проживающими там крестьянами!.. Ввести во всех русских школах обязательное преподавание чеченского языка!.. Переименовать город Калугу в город Шамиль, а город Тверь в город Джохар!.. Провести турнир в шашки из ста партий между Президентами России и Ичкерии!.. Наградить всех участников настоящего захвата орденами Андрея Первозванного первой степени!.. Заказать скульптору Свиристели памятник чеченцу-освободителю с девочкой на руках и поставить на Поклонной горе!..

Арби умолк, стараясь вспомнить, все ли требования перечислил, и поспешно добавил:

– Совсем забыл, блин!.. Пусть придут сюда Кобзон и Пугачева, попоют, а мы похлопаем!.. Для исполнения требований дается десять часов!.. Чтобы время шло нескучно, каждый час будем расстреливать по заложнику, если, конечно, не возражаете!..

Он наставил автомат в зал, поводил стволом, выстрелил, почти не целясь, в банкира Осю. Тот упал с пробитой головой. Скромный советский провизор, прилежно работавший в аптеке «Ферейн» в отделе лекарственных трав, он, при переменах в экономике, ощутил в себе гены Ротшильда, забросив лекарственные травы, сделал быстрое состояние на приватизации аптек, открыл крупный банк. И все бы хорошо, но пуля террориста пробила умную голову. Он упал, раскинув руки, словно хотел обнять весь земной шар. Чеченец в маске подскочил и сорвал с его пальца бриллиантовый перстень.

– Отдайте сейчас же! – закричала овдовевшая Софа. – Это мое колечко!.. Ося мне его завещал после смерти!.. И вот она таки наступила!..

Чеченец показал ей кулак, и Софа умолкла.

– Все оставайтесь на своих местах, курвы этакие!.. – продолжал умиротворять зал безжалостный Арби. – Входы заминированы!.. Наши женщины, вдовы убитых русскими карателями героев, носят на себе пояса шахидов!.. Взорвут себя вместе с вами, если дернетесь, гниды!..

Женщины в масках, стройные, грациозные, пошли по рядам, страстно сверкая в прорезях чернильными глазами. Все были опоясаны пакетами взрывчатки, от которых тянулись цветные проводки, и женщины, словно четками, играли мини-взрывателями.

При появлении захватчиков Аня не испугалась, а лишь отрешенно подумала, что одна большая беда наложилась на другую и две этих беды не снести бедным людям.