«Въ полдень, 15 апрѣля, часовые дали знать, что къ югу видны два судна подъ малыми парусами и что они лавируютъ у входа. Въ 12½ часовъ увидѣли двѣ шлюпки, шедшiя къ намъ. Черезъ нѣсколько времени онѣ подошли къ нашему судну[18] и спросили меня изъ какого я порта, и проч.; я отвѣчалъ на все вѣрно, какъ въ самомъ дѣлѣ плавало то судно, на которомъ я находился. Тогда старшiй на другой шлюпкѣ спросилъ: «не Алабама ли это военный пароходъ?» Я отвѣчалъ, конечно, что нѣтъ, и прибавилъ, что это пароходъ Соединенныхъ Штатовъ «Iroquois». «Имѣете ли Вы какiя либо извѣстiя объ Алабамѣ?» спросилъ онъ. «Да, отвѣчалъ я,» мы слышали, что она теперь въ Вестъ Индiи, на Ямайкѣ, или Коста-Рико». Такъ шелъ нашъ разговоръ, изъ котораго я узналъ что шлюпки принадлежали двумъ судамъ-китобоямъ, которые хотѣли войти сюда, чтобы запастись провизiей, но, увидѣвъ паровое судно, не сдѣлали это, а послали шлюпки, чтобы узнать отъ меня нацiональность парохода. Мой оживленный разговоръ велъ къ тому, чтобы задержать ихъ сколько можно и дать возможность въ это время Алабамѣ сняться съ якоря прежде нежели они догадаются, что она приготовляется къ погонѣ за ними.
«Я пригласилъ ихъ войти ко мнѣ на палубу, и они было согласились, но вдругъ, подойдя еще ближе къ намъ, передняя шлюпка пришла въ смятенiе. «Дайте ходъ, молодцы, ради самаго Создателя!» Нѣсколькими взмахами кормоваго весла рулевой повернулъ носъ шлюпки къ берегу. Другой вельботъ пошолъ за нимъ; лица гребцовъ на послѣднемъ выражали удивленiе и смущенiе. На настоятельные вопросы шкипера, сидѣвшаго на этой шлюпкѣ, своему товарищу о томъ, что за причина такого страннаго его поведенiя, послѣднiй отвѣчалъ: «смотрите», показывая при этомъ на маленькiй конфедеративный флагъ, въ 15 дюймовъ длины и шесть ширины, который я, по оплошности, оставилъ висѣть на приспущенномъ гафелѣ. Этотъ флагъ служилъ мнѣ флюгаркой. Шлюпки съ удвоенными силами гребли къ берегу и я слышалъ какъ одинъ изъ шкиперовъ кричалъ другому, что надо продуть Алабаму, въ случаѣ чего, и сказалъ ей, что уже заключенъ миръ. Какъ бы не такъ! Такъ она и повѣритъ вашимъ хитростямъ!
«Тотчасъ послѣ того, какъ они удалились, я послалъ на Алабаму шлюпку, чтобы сообщить о характерѣ моихъ посѣтителей. Въ 2½ часа пополудни Алабама снялась съ якоря и пошла въ погоню за этими судами. Большiй изъ острововъ, за которыми происходило дѣйствiе, не позволилъ мнѣ видѣть съ судна процессъ взятiя призовъ, но въ 5½ часовъ я увидѣлъ густое облако дыма, принимавшее, съ наступленiемъ темноты, красноватый оттѣнокъ; это дало мнѣ поводъ придти къ совершенно вѣрному заключенiю объ участи постигшей плѣннаго китобоя. Въ 7 часовъ мы видѣли Алабаму, какъ она огибала сѣверную сторону острова и имѣла на буксирѣ судно. Въ 7½ часовъ оба судна встали на якорь. На слѣдующiй день, утромъ, я узналъ, что призы были: баркъ Лафайетъ изъ Нью-Бедфорда и бригъ Cate Cory изъ Вестъ-порта. Бригъ былъ оставленъ съ тою цѣлью, чтобы на немъ отправить всѣхъ нашихъ плѣнныхъ, число которыхъ уже возросло до 140, включая сюда женщинъ. Впослѣдствiи, съ согласiя береговыхъ властей, мы рѣшили оставить ихъ на берегу съ тѣмъ, чтобы бразильская шкуна доставила ихъ потомъ въ Пернамбуко. Для этого мы послали на берегъ провизiи на двадцать одинъ день, а потомъ свезли туда и плѣнныхъ, отпустивъ ихъ на слово.
«До 22-го числа мы оставались на якорѣ и въ это время красили и приводили въ порядокъ судно. Въ 9½ часовъ утра этого числа мы снялись съ якоря и взяли курсъ въ Багiю, куда и прибыли 11 мая. На пути мы взяли въ плѣнъ и сожгли 4 судна.
«Извѣстiя о нашихъ дѣйствiяхъ у острововъ, пришло сюда раньше насъ, со шкуной, которая вышла изъ Фернандо днемъ раньше. Губернаторъ Пернамбуко, по представленiю янки, отрядилъ на острова три военныхъ судна, для защиты правъ нейтралитета. Въ нашихъ дѣйствiяхъ янки усмотрѣли нарушенiе нейтралитета. Недовольные этимъ, янки требовали еще смѣны губернатора острововъ, котораго вся вина, по моему, состояла въ томъ, что онъ позволилъ намъ стоять тамъ на якорѣ; да и въ этомъ, строго говоря, онъ не былъ виноватъ, потому что не имѣлъ вооруженной силы, чтобы воспрепятствовать намъ.
«Во время нашей стоянки въ Багiи, мнѣ показали письмо одного шкипера китобойнаго судна къ своему агенту; въ письмѣ этомъ онъ пишетъ, что не пожалѣлъ бы ни денегъ, ни времени, чтобы отыскать того человѣка и отомстить тому, который такъ жестоко его обманулъ. Это говорилось обо мнѣ, за то, что я выдалъ ему Алабаму за «Iroquois». Какая неблагодарность!
