Мародер издал протяжный вздох с присвистом из зияющей раны – и рухнул в быстро расползавшуюся лужу собственной крови. Не дожидаясь, пока тело перестанет биться в последних судорогах, воин сдернул с него ремень с обрезом и принялся обшаривать в поисках патронов.
– Ты сейчас сам на мародера похож, – бледно заметил Книжник.
– Это ты его дружкам расскажи, – отрывисто бросил Зигфрид, сламывая ствол обреза – проверяя, заряжен ли тот. – Во, как раз пожаловали.
Во мраке происходило какое-то шевеление.
– Эй, чужане! – глухо донеслось из мрака. – Сколько вас там?
– Что это там за звуки? – отозвался Зигфрид. – Как будто дерьмо в яме булькает.
– Смешно, – раздалось в ответ. – Только последними будем мы смеяться. Так что выходите с поднятыми руками. Оружие аккуратно на пол, чтобы не попортить…
– Ты это серьезно? – усмехнулся Зигфрид, поглаживая мародерский обрез. – Чтобы мы сдались мусорщикам?
– А у вас выбора нет.
– Это ты врешь! – горячечно выкрикнул Книжник. – Выбор всегда есть!
– К тому же я не слышал, чтобы кто-то выходил из лап мародеров живым и здоровым, – добавил Зигфрид. – Вы ведь, паскуды, жадные. Пленников отпускать – не в ваших правилах. В лучшем случае – в рабство продадите. Но скорее всего на органы разберете. Что не пойдет на продажу – просто сожрете.
– Не буду с тобой спорить, – неприятно хихикнули в темноте. – Но вы нашего грохнули. За это следует наказание.
– Ваш получил заслуженное. Отвяжитесь от нас – и я сделаю вид, что не слышал угроз.
Снизу донеслось нестройное ржание множества глоток. Похоже, мародеры подбирались все ближе. Самое неприятное, что двигались они с выключенными фонарями. Как и полагается вонючим гиенам – во мраке.
– Вас всего двое, – смакуя каждое слово, констатировал тот же голос. – Да, двое. У вас никаких шансов. Последняя возможность сдаться. Пойдем вам навстречу из чистого гуманизма.
– Шкуры нам не хотите портить, – усмехнулся вест. – Они ж на продажу. Да еще одежда может сгодиться. И боеприпасы тратить жаль. Вы ж за каждый патрон удавитесь.
– Наверное, я удивлю тебя, но иногда мы можем и рискнуть сохранностью добычи. Пуля – неплохое вложение в бизнес.
– Хорошо сказано, кто бы ты там ни был, – сказал Зигфрид. – Да только не с теми связались, падальщики вы вонючие.
– Ну, ладно. В богов, духов веришь? Помолитесь им как следует. Сейчас за вами прибудут ангелы смерти.
О прибытии обещанных «ангелов» сообщили пули. Хлестко загрохотало металлом о металл, завизжали рикошеты. Рефлекторно друзья попадали на пыльный от праха пол. Только потом Книжник понял: он не слышит выстрелов.
– С глушителем стреляют, что ли? – недоуменно проговорил Зигфрид, вглядываясь в темноту.
В ответ горохом посыпалась новая партия смертоносного металла, прижимая к полу двоих «чужан», как выразился убитый мародер.
– А, черт! – прорычал Зигфрид.
– Задело? – беспокойно отозвался семинарист, по-пластунски подбираясь к другу.
Куртка с металлизированными пластинами на плече Зигфрида была пробита, оттуда сочилась кровь.
– Ерунда, – процедил воин, перезаряжая обрез и с недобрым прищуром всматриваясь вперед. – Однако этот гаденыш меня достал.
И воин поднялся в полный рост. Вскинул обрез, выстрелил в темноту. Второй выстрел дал осечку.
– Дьявол! – рявкнул вест.
Тут же над головой злобно просвистела очередь. Книжник не на шутку испугался:
– Ложись! Убьют!
– Врешь… – на этот раз Зигфрид прицелился тщательнее, с трофейным обрезом в руке напоминая старинного дуэлянта.
Кого он там видел – одному Вотану известно. Зрение у Зигфрида не в пример нормальному, человеческому. В любом случае третий ствол разрядился благополучно, и новая очередь осеклась, как будто захлебнувшись в собственной злобе.
В глаза ударило ослепительным светом от множества фонарей. Это было очень некстати: отчаянно моргая и размазывая по лицу слезы, семинарист вдруг ощутил, что на какое-то время ослеп.
И тут же на них с ревом поперла целая толпа. В своих уродливых хламидах, очках-окулярах, респираторах, с причудливым оружием в руках, словно собранным изо всякого хлама, неровный клин мародеров вызвал у Книжника необъяснимый ужас. Впрочем, лишь на секунду – потому что в следующий миг руки сами вскинули арбалет и вдавили спусковую скобу.
Самое время: заполонившие ярус враги открыли пальбу. Каким-то чудом семинаристу удалось не схлопотать пулю в первые же секунды. Наверное, потому что их внимание на себя резко переключил Зигфрид, резко ринувшийся навстречу превосходящим силам.
Главной задачей стало отсекать тех, кто норовил подобраться к товарищу со спины или сбоку. Арбалет бил безотказно, хищно завывая механизмом самовзвода. Увесистые заостренные штыри выскакивали из магазина и тут же отправлялись тетивой в толпу озверевших старьевщиков. Болт в голову, в плечо, в грудь – главное затормозить бешеный напор. Остальное виртуозно доделывал Зигфрид, орудуя мечом с быстротой и точностью машины.
