Его схватили. Наверно, это были Хранительницы Храма, выполнявшие здесь функции Чистильщиков. Вряд ли сами жрицы опустились бы до рукоприкладства, тем более, что им по сану запрещено общаться с термитами противоположного пола. Пленника бросили в какую-то душную дыру, посадив под замок, и он даже стал думать, что дни его сочтены.
Но дальше произошло нечто, навсегда изменившее его представление о мире, да и о самом себе тоже.
– Она пришла сама, – дрожащим голосом говорил Крэйг. Было заметно, как он волнуется, вспоминая нечто, потрясшее его до глубины души. – Дверь открылась и вошла… Я сразу понял, что она – жрица Приказа. Одежда, взгляд – никого подобного до этого я не встречал. Это не передать словами. Наверное, надо быть термитом, чтобы понять. Ведь за то, что я только увидел ее, полагается смерть. Но все оказалось еще страшнее… Нет, страшнее – не то слово…
Наморщив лоб, парень пытался мучительно подобрать слово. Так и не смог, махнул рукой и продолжил:
– Через минуту я забыл про полагавшуюся мне кару. Да и вообще про все забыл.
Он помолчал, словно собираясь с духом, и произнес:
– Она сказала: «Ты мой сын».
Крэйг перевел дух, нервно поглядывая на воина с семинаристом. Особой реакции не последовало, хотя Книжнику данный поворот понравился. Было в этом что-то из старинных книг, не более. Но, видимо, для термита подобное признание имеет гораздо более серьезное значение. Так и оказалось.
Жрица Приказа, одна из трех, посвятивших свою жизнь служению Храму и сохранению секретного текста Приказа, однажды нарушила запрет. Видимо, жизнь сильнее любых запретов. И вот, около двадцати лет назад случилось немыслимое: жрица повстречала боевого термита. Как это могло случиться, Крэйг так и не узнал. Может, тот боец, как и он, исследуя туннели руконогов, случайно наткнулся на Храм. Может, еще как-то – не важно. Имела значение лишь короткая, но полная безумных чувств связь. Термита, разумеется, поймали и надлежащим образом расправились с ним – за проникновение в запретное место. Про тайную связь так никто и не узнал – боец унес правду в могилу. А через девять месяцев родился мальчик. Как этот факт удалось сохранить в тайне, история умалчивает.
Интересно другое. Случившееся само по себе было невероятным: термиты давно уже не размножаются дедовским способом – их выращивают в Инкубаторе, используя генетический материал лучших бойцов и лучших матерей Термитника. Эти естественные роды стали исключением из правил и тайной Храма. Авторитет жриц был непререкаем, их репутация – безупречной.
Мальчик должен был умереть.
Но он не умер. Более того, спустя годы он стал одним из лучших на курсе и готовился вступить в ряды взрослых боевых термитов. Одна беда: генетический материал матери – жрицы – отличается от генофонда рядовой матери. Парнишка не прошел Отбраковку. Его путь лежал на Лабораторный уровень, его судьбой была трансформация в мутабота.
Но все эти годы мать неотступно следила за его судьбой. Спасла его и теперь – через ту, кому доверяла. И вот, спустя годы судьба сама привела его туда, где он появился на свет. Впрочем, быть может, судьба здесь и вовсе ни при чем. Его просто привели сюда. Говорят, жрицы Приказа читают мысли и могут диктовать свою волю на расстоянии.
Так или иначе, он встретил собственную мать. Возможно, единственный, среди термитов. И жить с этим знанием было жутко и… невообразимо прекрасно. Так или иначе, оставаться в Храме он не мог. Как не мог влиться в стройные ряды боевых термитов. Там были его однокурсники, могли начаться вопросы.
И его отправили на передовую. В Роту Зачистки, где служили одни лишь закаленные в боях ветераны. Самое опасное место для службы, где в норме ежедневные столкновения с подземными монстрами, пытавшимися отвоевать у людей их благоустроенные уровни.
Напоследок мать сказала ему кое-что. В этот момент ее голос изменился, потерял прежнее величие и мощь. Она как будто боялась, что ее подслушают. Тогда Крэйг с изумлением понял, что есть некто сильнее жриц Приказа. И это стало самым страшным открытием.
– Она сказала: «Королева сделала ход. Никто не уцелеет. Убей Черную Королеву».
Эти слова дались Крэйгу непросто. В них он вложил весь пережитый ужас и, надо сказать, сумел поделиться страхом со своими слушателями.
– Что это значит? – чувствуя спиной неприятный холодок, спросил Книжник.
– Кто такая Черная Королева? – спросил Зигфрид.
– Я не знаю, – отозвался Крэйг. – Но ее боятся даже жрицы Приказа.
После паузы Крэйг добавил:
– Та, что назвалась моей матерью, знала про тебя, Ник.
– Как это – знала?
– А вот так. И про твоего могучего друга – тоже знала. И сказала: только вы можете одолеть Черную Королеву. А еще: «Ответы ищи у лабов».
– У лабов? – переспросил семинарист.
– На Лабораторном уровне, я думаю.
Книжник переглянулся с Зигфридом. Воин усмехнулся и произнес с недобрым прищуром:
– Что-то я не пойму. Если эта Королева у вас за главную – зачем ваша же жрица натравливает нас на нее?
