Осенью 1930 года 3-я Бессарабская кавалерийская дивизия, расквартированная в Бердичеве, праздновала юбилей — десятилетие боевого пути. На праздник и маневры по случаю юбилея были приглашены котовцы — ветераны дивизии. В их числе и Ольга Петровна Котовская, которая, будучи врачом в кавалерийской бригаде мужа прошла по дорогам гражданской войны не одну сотню огненных верст. Однажды вечером к ней в комнату пришли трое ко-товцев, с которыми она была хорошо знакома, и сказали о том, что Зайдер приговорен ими к смертной казни. Ольга Петровна категорически возразила: ни в коем случае нельзя убивать Майорчика, ведь он единственный свидетель убийства Котовского, тайна которого не разгадана… Не будучи уверенной в том, что доводы ее убедили гостей, Ольга Петровна на следующее утро рассказала об этом визите командиру дивизии Мишуку. С требованием помешать убийству Зайдера обратилась она и в политотдел дивизии…
Опасения Ольги Петровны оказались не напрасными. Вскоре вдове Котовского сообщили: свой приговор кавалеристы привели в исполнение. Труп Зайдера был обнаружен недалеко от харьковского городского вокзала, на полотне железной дороги. Исполнители приговора, убив сцепщика, кинули его на рельсы, чтобы имитировать несчастный случай, но поезд опоздал, и труп не был обезображен.
Из рассказа сына Котовского я узнал, что убийство совершили трое кавалеристов. Фамилии двух — Стригунова и Вальдмана — он помнит, третью забыл. Никто из участников казни Зайдера не пострадал — их просто не разыскивали.
Да, но почему не разыскивали? В Бессарабской дивизии ведь знали о готовившемся покушении. Информация отсюда, по всей видимости, была передана куда следует. Кто же тогда перекрыл ей путь к районному отделению милиции, расследовавшему ЧП на Харьковской железной дороге?
Мы не найдем ответов на все наши вопросы, если, подобно одесскому суду, будем искать мотивы убийства Котовского только в самом убийце. Зато все легко объяснится при возникающем предположении, что Зайдер был не только не единственным, а и не самым главным преступником: стреляя в Котовского, он выполнял чью-то чужую злую волю. Но вот чью?
Кто мог свободно манипулировать следователями и судьями, занимавшимися «делом» Зайдера? Кто мог так засекретить материалы судебного процесса над убийцей Котовского, что до сих пор они не увидели света? Кем было наложено вето на публикацию сведений, которые хоть как-то приоткрыли бы тайну трагедии в Чебанке? Ответ напрашивается сам собой: сделать это могли только люди, обладавшие огромной и, по существу, неограниченной политической властью…
За несколько дней до преступления у жены начальника охраны сахарного завода появилось дорогое колье. Нет, не то, что было подарено ей мужем в дни, когда тот владел в Одессе публичным домом: старое украшение в Умани хорошо знали, жена Зайдера не раз надевала его. Колье было другое. На какие деньги в 1925 году смог купить Зайдер эти бриллианты? Не исключено, что они и были авансом за убийство Котовского».
Человек — это «социальное позвоночное животное», которое имеет обязательства как по отношению к себе, так и по отношению к обществу. Человек может жить только в обществе; сохраняя и поддерживая общество, он в то же время живет сам. Поэтому, любовь к самому себе и любовь к ближнему является заповедью самосохранения, природным инстинктом; она необходима и имеет полное право на существование. «Золотой нравственный закон» заключается в заповеди: люби ближнего твоего, как самого себя.
В одной из пьес Ф. Дюрренматта последний римский император Ромул говорит: «Когда государство начинает убивать людей, оно всегда называет себя Родиной».
Военная элита исчезает быстро. Ее представители вынуждены рисковать собой в битвах. Но в Советской империи военные аристократы гибли не только на полях сражений, защищая Отечество, зачастую они становились жертвами борьбы за власть. Так политические игры ослабляли оборонную мощь страны.
Звание Маршал Советского Союза в Вооруженных Силах СССР было введено 22.9.1935. Присваивалось Президиумом Верховного Совета СССР за выдающиеся заслуги в руководстве войсками.
В России за два с половиной века было 69 фельдмаршалов, а в СССР за полстолетия звание Маршала Советского Союза, введенного'в 1935 присваивали 41 раз.
В годы войны большинство из них командовали армиями и войсками фронтов, в мирные дни — военными округами, группами войск и видами Вооруженных Сил. Первыми Маршалами Советского Союза стали нарком обороны СССР К. Е. Ворошилов и четыре полководца — герои гражданской войны С. М. Буденный, В. К. Блюхер, А. И. Егоров и М. Н. Тухачевский. Последних троих постигла трагическая судьба: Блюхер, Егоров и Тухачевский в 1937–1938 годах были арестованы и расстреляны и лишь в 1956 году посмертно реабилитированы.
