Ее назначили председателем Московского губернского совета народного хозяйства. После того как командные высоты экономики были захвачены рабочим классом, предстояло сделать следующий шаг — взять в свои руки управление промышленностью, наладить контроль за производством, вернуть к жизни поставить на службу Советской власти замолкшие, пустынные, обледеневшие предприятия, безжизненные станки и потухшие вагранки… Можно подумать, что фаворитка «вождя мирового пролетариата» была именно тем человеком, который способен это сделать.
Еще одно направление деятельности Инессы — женотдельское, партийная работа среди женщин.
Шло время, и все менялось. Сталин, верный кавказским традициям, косо смотрел на эмансипацию. Вторая жена Иосифа Сталина, Надежда Аллилуева, попыталась повлиять на политику мужа и погибла…
Очень часто женщины, увлекаясь честолюбивыми стремлениями, погружаясь в мир мелких интриг и низких страстей, падали под ударами событий, оставив после себя скандальную память.
Очень интересно дело Жемчужиной, жены Молотова. Жемчужина работала начальником Главного управления текстильно-галантерейной промышленности Минлегпрома СССР и была арестована по распоряжению Сталина якобы за утрату важных документов, которые, надо думать, у нее выкрали специально, чтобы иметь повод для ареста. Вместе с нею взяли под стражу ее технического секретаря Мельник-Соколинскую, и несколько мужчин, ответственных работников Главка. Ни Жемчужина, ни Мельник-Соколинская, ни другие арестованные не признавались во вражеской деятельности, а без их признаний версия обвинения рушилась, на Лубянке произвели оригинальный эксперимент — под пытками вынудили двух мужчин из Минлегпрома дать показания о том, что они сожительствовали с Жемчужиной. А затем устроили очную ставку, где те выложили разученные наизусть подробности связи вплоть до излюбленных поз и иных деталей. Оскорбленная Жемчужина разрыдалась, а удовлетворенный достигнутым эффектом сотрудник органов госбезопасности проговорился, шепнув стоящему рядом следователю: «Вот будет хохоту на Политбюро».
В последующие времена, за небольшим исключением, кремлевские жены оставались в тени. Образ супруги советского лидера, созданный Ниной Хрущевой, Викторией Брежневой и Анной Черненко, если вообще можно говорить об образе, — это квадратные фигуры, добрые лица, немодно и безвкусно одетые пожилые женщины.
До самой смерти Юрия Андропова в 1984 году западные наблюдатели не знали, женат ли он, а если женат, то жива ли его жена. Татьяна разрешила эти сомнения, появившись на похоронах Генерального секретаря. О том, что у Андропова это была не первая, а вторая жена — широкая общественность не могла знать и подавно.
В 1891 году в России вышла брошюра «Женщина перед судом уголовным и судом истории». Ее автор г. Рейнгардт свел «возвышенные женские характеры к трем типам: Пенелопы, Эгерии и Сивиллы. Из этих «возвышенных характеров» особенной симпатией автора пользуется тип Пенелопы: «Деятельность Пенелопы, по-видимому, ничтожна, неширока, она вся сосредоточена на интересах семьи, на мелком домашнем хозяйстве, но, однако эта скромная муравьиная работа, незаметная для простого наблюдателя, но представляющаяся грандиозной по своим результатам. Женщина типа Пенелопы оказала величайшую услугу человечеству: этот тип создал семью, возбудил в непостоянной и беспокойной натуре мужчины любовь к постоянству, сделав милым домашний очаг, родную землю».
Однако скромной, но великой ролью Пенелопы г. Рейнгардт не ограничил жизненное поприще женских характеров. Эти характеры могут выражаться в типе нимфы Эгерии — советницы и вдохновительницы мужчин, и прорицательницы Сивиллы, которая самостоятельно совершает благие или злые дела, независимо от мужчины. Автор называет Сивиллами всех женщин, действующих на свой страх и риск.
Мне такая классификация представляется упрощенной. К какому типу вы, например, отнесете Раису Максимовну Горбачеву?
Раиса Горбачева (урожденная Титаренко) с самого детства была окружена заботой и вниманием родителей: «Я была первым ребенком в семье. По православной традиции меня крестили. Не в церкви — какая уж там церковь в 1932 году, в самый разгар борьбы с ними, церквами, — а на квартире у священника. Правда, имя выбрали не из святцев. Вы же знаете традицию: раньше священник предлагал имя, отыскивая его в святцах. А мое имя выбирали уже сами родители. Отец выбрал. Известно, как много у нас красивых народных, славянских, русских имен. А тогда уже появились и новые имена. Новые имена нового времени.
Среди моих сверстниц много Октябрин, Владилен. Стали появляться и имена новой интеллигентной волны — Нелли, Жанна, Алла. А отец назвал меня Раисой. Раечка. Он мне потом объяснил, что для него оно означало «рай». Райское яблочко.
Картинки моего детства лишены цельности. Они как бы рваны. Возможно, одна из причин — бесконечная перемена мест.
