Все больше забот у нас к этому времени было о стареющих родителях. Моя мать, продолжавшая жить в Привольном, постоянно болела. Здоровье родителей Раисы Максимовны, живших в Краснодаре, тоже стало ухудшаться. Сказывались годы, то, что пришлось вынести их поколению. В июне 1986 года нас постигло тяжелое горе — умер отец Раисы Максимовны.
Максим Андреевич был человеком на редкость добрым, мягким, работящим и жизнелюбивым. Даже уйдя на пенсию, не захотел по примеру других просиживать днями на скамейке, «забивать козла» да судачить. Нашел посильную работу и каждый день шел делать дело — не важно какое. Неожиданно и для него, и для всех нас сдало сердце. Его поместили в кремлевскую больницу, поставили стимулятор сердечной деятельности, самочувствие Максима Андреевича улучшилось. Поправляясь, он сказал Раисе Максимовне: «Спасибо тебе, доченька, ты вновь подарила мне жизнь». Кажется, все образовалось, а вскоре его не стало: возвращался с прогулки и скоропостижно скончался на пороге дома. На похороны отца съехались все близкие.
В Краснодаре, где закончилась долгая трудовая жизнь Максима Андреевича Титаренко, покоится его прах. Спустя несколько месяцев по просьбе Раисы Максимовны над могилой соорудили надгробье. Добросердечные люди ухаживают за ней, и мы им за это безмерно благодарны.
Пришла беда — отворяй ворота: в августе 1986 года скончался отец Анатолия, наш с Раисой Максимовной ровесник. Погубил рак головного мозга. Самая квалифицированная помощь — академика-нейрохирурга Александра Коновалова — не помогла.
1987 год для семьи ознаменовался несколькими событиями. В январе исполнилось 30 лет Ирине. В марте она родила еще одну внучку, а в сентябре Ксения пошла в школу».
В 1984 году Раиса вышла на международную арену. Это было в Лондоне, куда она приехала с шестидневным визитом вместе с мужем, членом Политбюро и перспективным кандидатом на самую высокую должность.
С тех пор появление Раисы за границей так или иначе было связано с тем успехом, который ей сопутствовал в Лондоне. Вот несколько моментальных зарисовок.
Париж, 1985 год. Сопровождая Горбачева в его первой поездке на Запад в качестве лидера Советского государства, Раиса очаровывает Даниэль Миттеран, Первую леди Франции, шутя просит ее о помощи, когда они вместе осматривали только что отделанный кабинет Миттерана: «Мне очень нужен ваш совет. Я новичок в этом деле».
Осматривая полотна импрессионистов в музее Жэ де Пом, она демонстрирует понимание искусства, к которому проявляла постоянный интерес.
Она удивит официальных представителей США своими познаниями в живописи XIX и XX столетий на американской художественной выставке в ноябре 1987 года в Москве.
Она мило беседует с Пьером Карденом на демонстрации моделей в его салоне, заявив: «Я ценю их как произведения искусства». После знакомства с достопримечательностями города, включая книжные лавки вдоль Сены, в компании Даниэль Миттеран она нежным голоском проворковала: «Я влюблена в Париж». Педантичная парижская пресса, пишущая о модах, выговаривает ей за то, что она дважды за день надевала темный шерстяной костюм. А в салоне «Карден» она прервала показ моделей, чтобы попросить отвернуть в другую сторону софиты — они светили ей прямо в глаза. Лоренс Мазурель, обозреватель «Пари матч», комментирует: «Наверняка с ней непросто ладить каждый день: она знает, чего хочет». Тем не менее журнал Мазурели с восторгом констатирует: «Женское лицо изменило имидж Советского Союза».
Вашингтон, 1987 год. На третьей встрече в верхах Раиса Максимовна — оживленная и разговорчивая — ослепляет столицу США своей лучезарной улыбкой. В Национальной галерее, когда служащие собрались поприветствовать ее, она остановилась побеседовать с ними, заметив, что «очень рада видеть так много женщин среди служащих галереи».
Воспоминания Владимира Медведева, начальника охраны Брежнева и Горбачева — еще одно свидетельство того, что Александр Коржаков не одинок в своих литературных опытах.
