4) Одна из важнейших цифр — количество золота, возвращенного правительству большевиков в Иркутске в первую неделю марта 1920 г. — основана на материале ЦГАОР (ф. 143, оп. 14, д. 24) с поправкой на 120000 з. р. Два ящика с печатью Пермского Государственного банка никогда не входили в казанскую часть золотого запаса. Согласно вышеуказанному фонду ЦГАОР, 6821 мест (5143 ящика и 1678 мешков золотой монеты, золотых слитков и полос) были возвращены правительству большевиков в Иркутске.
5) В конце февраля 1920 г. в Иркутске была создана специальная комиссия, состоящая из офицеров Чехословацкого легиона и представителей Иркутского ревкома, возглавляемая Ф. И. Громовым, являющегося председателем Финансового отдела местного пробольшевистского правительства. В обязанности комиссии входило наблюдение за передачей оставшейся части запаса из рук Чехословацкого командования в руки Советского правительства. Согласно акту комиссии от 1 марта 1920 г., копию которого я получил в Государственном Центральном Архиве в Праге, 5153 ящика и 1678 мешков были погружены в 10 американских железнодорожных вагонов вместимостью 500–600 мест и 8 российских товарных вагонов, вместимостью 250–260 мест. Подписанный официальными представителями Чехословацкого и Советского правительств, акт служит доказательством перехода ответственности ‘за золотой запас к большевикам и подтверждает, что количество ящиков и мешков, переданных 1 марта 1920 г. правительству большевиков, соответствует количеству, указанному в документе от 7 марта 1920 г.
6) Вышеуказанные данные также подтверждаются свидетельством Л. Н. Юровского, приведенным в его книге «Денежная политика Советской власти»: «Из всего казанского запаса» Советскому правительству удалось получить обратно 409 миллионов рублей (по данным Иркутского финансового отдела, очень близким к данным Новицкого). За вычетом суммы, выданной Германии по Брестскому договору, золотой запас составлял 739 миллионов. Сумма 739 миллионов близка к указанной автором сумме 737 409 000 з. р. полученной суммированием 409 000000 з. р., отправленных в Иркутск, и 328 409 000 з. р., оставленных в Госбанках Центральной России».
Наконец, и четвертой таблице С. Петрофф показывает распределение части золотого запаса, захваченного атаманом Семеновым:
«А) Золото, захваченное атаманом Семеновым в Чите. 732 ящика, отправленные 18 октября 1919 г. во Владивосток 42 251000 з. р.
Б) Роздано в Чите гражданским и военным организациям с января 1920 по 31 августа 1920 г.
Январь 729000 з. р.
Февраль 6 780000 з. р.
Март 3 900 000 з. р.
Апрель 600000 з. р.
Май 4380000 з. р.
Июнь 180000 з. р.
Июль 8 460000 з. р.
Август 4620000 з. р.
(ЦГАОР, ф. 143, оп. 12, д. 9).
Всего 29 640000 з. р.
В) Передано в сентябре и ноябре 1920 г. генерал-майору Павлу Петрову на нужды Дальневосточной (Белой) Армии 7 700000 з. р.
А. И. Погребецкий в своей неопубликованной рукописи о денежных знаках, обращавшихся в Сибири во время гражданской войны (подлинник сейчас находится архиве Гуверовского института), подтверждает, что 7 000000 з. р. были переданы Дальневосточной (Белой) Армии в сентябре 1920 г. Погребецкий, однако, не знал, что дополнительные 700000 з. р. были также выданы Дальневосточной Армии в ноябре 1918 г.
Всего передано 37 340000 з. р.
Г) Разница 4 911000 з. р.»
В примечаниях к таблице Петрофф пишет:
«1) Золото захвачено атаманом Семеновым на сумму в 42 251 000 з. р.
2) В документах ЦГАОР (ф. 9431, on. 1, д. 184) переданное золото исчисляется в ящиках, а не в золотых рублях. Для конвертации стоимость каждого ящика считается 600000 з. р. Таким образом, шесть ящиков золота, розданные в январе 1920 г., отражены в таблице IV как 720000 з. р. Я Считаю, что оценка одного ящика золота в 600000 з. р. является полностью обоснованной и реалистичной, т. к. поставщики принимали золото на этой основе без проверок.
3) Согласно справке от 19 ноября 1920 г., подписанной генералом Петровым, 7 700000 з. р. были израсходованы следующим образом:
A) 5 380000 з. р. были потрачены на выплату жалованья, военных припасов, продовольствия и фуража.
Б) 1050000 з. р. были выданы командующим четырех подразделений генералам Маевскому, Смолину, Молчанову и Бангерскому. Эти средства предназначались для покрытия расходов на содержание подразделений во время перемещения войск от станции Маньчжурия во Владивосток через Северный Китай.
B) 20 ящиков золотой монеты и 2 ящика золотых слитков на общую сумму 1 270000 з. р. были переданы на временное хранение японской военной миссии на станции Маньчжурия.
4) В 1933 г. генерал Петров передал своим адвокатам в Японии специальную докладную записку. В этой записке он подтвердил, что 21 ноября 1920 г., он встретился с атаманом Семеновым и проинформировал последнего о передаче остатков армейского золота на временное хранение японской военной миссии, а также спросил, что Семенов сделал с частью золота, остававшегося в казначействе. Семенов сообщил ему, что он предпринял «аналогичные шаги и также передал все оставшиеся у него казначейские средства на хранение японской военной миссии».
