Где-то во дворе — «гррум! гррум!» — бодро протопал мимо отряд уруков. Всколыхнулась занавесочка на окне… А ведь никуда этот рыжий не денется, сказал себе Гэдж, некуда ему деваться, я́ сейчас волен решать, выздоровеет он или дальше будет мучиться зубной болью, хворать и страдать. Это было какое-то низменное, подленькое, но поистине упоительное чувство, Гэдж даже устыдился его на секунду — но только на секунду. Он был сейчас не жалкий, неуверенный в себе «глоб», неприметный ученик костоправа, а всесильный вершитель судеб, бог и творец, облеченный властью казнить и миловать, — и даже начал подумывать, что, пожалуй, в положении лекаря есть некоторые несомненные преимущества. И все же…
Гэдж стиснул ладони в кулаки.
— Иди сюда. Пусть я и гнидой буду, а зуб тебе, пожалуй, выдерну. — Он достал с полки ящичек с «зубным инструментом» и небрежно кивнул Шаграху: — Садись на лавку поближе к свету.
Рыжий с присвистом втянул носом воздух, подозрительно покосился на Гэджа — но, видимо, все же счёл за лучшее не спорить. Медленно, нехотя подошёл, волоча ноги, к указанной лавке возле окна, сел на неё верхом, взявшись руками за края скамьи. Гэдж неторопливо и задумчиво перебирал лежащие в ящичке зловещие приспособления: длинный «коготь» для удаления зубов, похожий на причудливый клюв большой птицы, клещи и ножницы для подрезания десны, зубила для выбивания оставшихся в лунке корней, «роторасширитель» с винтовым механизмом… Наконец, покосившись на бледную физиономию Шаграха, выбрал стальные щипцы самого угрожающего вида, непринужденно щёлкнул ими в воздухе.
— Пасть открой.
Шаграх неохотно распахнул рот. Его печаль стала видна сразу: десна под одним из нижних клыков распухла, а в разверстое в зубе черное дупло можно было занырнуть с головой.
— Ого, — сказал Гэдж. — Это не дупло, а шурф для добычи мифрила. Зубы надо почаще чистить.
— Как чистить? — прохрипел Шаграх.
— Расщепленной палочкой. Или хоть древесную смолу после еды жевать. — Гэдж наложил щипцы и чуть пошатал больной зуб. Рыжий глухо застонал и вцепился руками в лавку.
— Ну, дергай! — промычал он. — Чего тянешь-то!
— Погоди, — пробормотал Гэдж. Ему самому требовалось собраться с духом, потому что вырывать больные зубы ему до сих пор не доводилось — он лишь пару раз видел, как в Изенгарде это делал Хавальд, гарнизонный лекарь. У Хавальда получалось так легко и практически без усилий, что дело не представлялось Гэджу особенно сложным, но сейчас он начал в этом сомневаться. Зуб, хоть и прогнил насквозь, все же сидел в десне плотно, а Шаграх вздрагивал и нервно ерзал в ожидании боли, и Гэдж не без оснований побаивался, что он взбрыкнет в самый неподходящий момент. — Сейчас.
Вымазать шаграхову пасть изнутри немейником было нельзя, но Гэдж вспомнил про другое средство, которое использовалось для лечения язв на деснах и языке — мазь на основе вытяжки из грибов-подземников, она обладала заживляющим и обезболивающим действием. Увы, баночка с лекарством оказалась почти пуста, Гэдж с трудом наскреб со стенок сосуда на тряпицу немного вязкого беловатого снадобья.
— На, приложи к зубу. Это притупит боль.
Шаграх смотрел на него исподлобья — но скорее уже не злобно, а страдальчески. Пару минут подержал тряпицу во рту, выплюнул её на пол.
— Глоб вонючий! Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
«Я тоже на это надеюсь», — подумал Гэдж.
— Ну, готов? — спросил он то ли у Шаграха, то ли у себя самого.
Рыжий мученически распахнул рот. Гэдж вновь наложил щипцы, стараясь взяться за коронку зуба пониже, у основания, чуть покачал клык из стороны в сторону. Зуб пошатывался, но держался крепко, как доблестный воин на боевом посту. Перед глазами Гэджа всплыли красочные картинки из трактата «О зубах человеческих и звериных, а также методах изгнания зубного червя, их разрушающего»; интересно, спросил он себя, а звериные зубы от человеческих сильно отличаются? Задумываться об этом не было времени; Гэдж вздохнул, собрался с духом — и рванул злосчастный клык изо всех сил: на себя и чуть вверх…
Раздался жуткий хруст — и зуб остался у Гэджа в щипцах. Из открывшейся ямки в десне кровь и желтоватый зловонный гной хлынули ручьем.
Шаграх коротко взвыл.
— Ублю-ю-у-док! — Он, наверно, достал бы Гэджа кулаком в нос, если бы тот не успел вовремя увернуться. В щипцах был зажат большой зуб с длинными желтоватыми корнями, и на какой-то миг Гэджу показалось, что один корень обломан — куце и неровно. Неужели отломанный кончик остался в лунке? Холодея, Гэдж положил свой трофей на стол и рассмотрел более внимательно: нет, кажется, оба корня были в целости и сохранности — лезть в кровавую яму щупом и «козьей ножкой» в поисках затерявшегося там отломка нужды, кажется, не было.
