Независимо от того, каким образом попадали крестьяне в зависимость к феодалам – экономически или внеэкономически, т. е. путем открытого принуждения, зависимость эта была феодальной, крепостнической. Она включала в себя право феодала не только на даровый труд крестьянина, но и на его личность и имущество. Это вытекало из самой сущности феодализма, основой которого, как известно, является феодальная собственность на землю или, что одно и то же, полная собственность феодала на средства производства (прежде всего землю) и неполная собственность на непосредственного производителя-крестьянина. Землевладелец-феодал мог заставить работать на себя крестьянина главным образом потому, что последний считался его собственностью, его крепостным, был лично от него зависим.
Такой взгляд на крестьян, как на неполную собственность феодалов, появился, разумеется, не сразу, а зарождался исподволь, вместе с возникновением феодальной собственности на землю. Причем, утверждаясь постепенно на практике, в самой жизни, в сфере экономических отношений, он одновременно оформлялся юридически, закреплялся соответствующими нормами закона и надежно охранялся всей мощью складывавшегося государственного аппарата власти.
Долгое время феодальная или крепостническая зависимость крестьян от феодалов определялась изустным, неписанным законом, т. е. обычаями, в которых и следует искать зачатки того, что с первой половины XIX столетия стало называться крепостным правом. Эти обычаи, вероятно, отличались большим разнообразием, поскольку древняя Русь представляла собой совокупность сотен и тысяч больших и малых феодальных владений. Каждое из них являлось в известной мере «государством в государстве», где существовали свои порядки, свои нормы неписанного закона, подкрепленные реальным соотношением сил феодала и его крепостных. Феодал сам устанавливал форму крестьянских повинностей, их размер и время выполнения, определял характер наказания крестьян за невыполнение назначенных повинностей. Для этого он располагал штатом вооруженных слуг, являвшихся своего рода войском и полицией такого микроскопического государства.
Однако с течением времени усложнялся характер общественных отношений, обострял ась классовая борьба. Смерды-общинники оказывали упорное сопротивление росту феодального землевладения и процессу их закрепощения. Они запахивали межи и уничтожали межевые знаки, отделявшие захваченные феодалами земли, убивали представителей княжеской и боярской администрации, поджигали жилые и хозяйственные постройки в усадьбах феодалов, поднимались на открытые восстания. При этом смерды-общинники стремились оградить себя от непомерной, не знающей границ жадности феодалов, отстоять свое право на самостоятельное хозяйственное развитие. Естественно, что в такой обстановке невероятная пестрота юридических норм, свойственная неписанному или обычному праву перестала удовлетворять потребностям государства и господствующего класса феодалов. Крепнущее Древнерусское государство нуждалось в унификации правовых норм, в единых письменных законах, освященных авторитетом верховной власти. Эти законы должны были надежно оградить интересы феодалов и еще больше укрепить их власть над непосредственными производителями.
Пожалуй, самыми древними исторически засвидетельствованными государственными актами крестьянской крепости являются «Уставы и уроки», введенные княгиней Ольгой в Древлянской земле после убийства ее мужа князя Игоря в 945 г. Однако упомянутые и другие изначальные письменные законы, юридически оформлявшие и закреплявшие феодальные отношения на Руси, к сожалению, не сохранились. О их существовании мы можем судить только по различные рода косвенным данным. Это обстоятельство ставит непреодолимые преграды на пути изучения ранних этапов истории крепостного права в нашей стране.
Первым дошедшим до нас сборником норм древнерусского раннефеодального права является «Русская Правда». Мы не будем останавливаться на истории возникновения этого памятника и его основных редакции, не станем детально вникать в содержание всех его статей. Ему посвящена довольно большая специальная литература. «Русская Правда» нас интересует прежде всего как определенная веха в становлении, и развитии крепостного права в России.
