Крещение Литвы полностью

ЯГЕЛЛО-ВЛАДИСЛАВ — великий князь литовский и король польский.

ГЕДВИГА — его жена.

БОДЗАНТА — архиепископ Гнезненский.

ЗЕМОВИТ — князь Мазовецкий.

КОНРАД ОЛЕСНИЦКИЙ.

НИКОЛАЙ ОССОЛИНСКИЙ.

ВЕЙДАВУТИС, ДАНГЕРУД — литовцы из дружины Ягелло.

КОНРАД РОТЕНШТЕЙН — рыцарь тевтонского ордена.

ЛИЗДЕЙКО — креве-кревейто, т. е. верховный жрец всей Литвы.

ПОЯТА — его дочь.

ТРОЙНАТ, ГИНТОВТ — креве, т. е. главные жрецы храма Рагутиса и антокольского храма в г. Вильне.

ЯВНУТ, ТИРГАЙТО — вайделоты при храме Перкуна в Вильне.

НАРИМУНД — великокняжеский певец.

БИРУТА — няня Пояты.

ПРИСЛУЖНИЦА Пояты.

БОЙВИД, СКАМУНД, КИРБАЙДО — слуги Лиздейки из вайделотов

РУКЛИС — мальчик-литовец

КОРЕЙВО — сторож.

ВКЛИКОКНЯЖЕСКИЙ ПАЛАЧ.

Поляки, крестоносцы, литовцы, вайделоты, вайделотки и проч.

Действие происходит в г. Вильне, в 1387 году.

Столовая в верхнем замке. Ягелло, Гедвига, Бодзанта, поляки, литовцы и крестоносцы сидят за столом.

ЗЕМОВИТ:

Да, я знаток по части вин,

По части хмельнаго напитка;

Но и по совести скажу,

Что вин таких не часто в жизни

Пивать пришлось. Как масло льется!

ОЛЕСНИЦКИЙ:

Пока в бокале остается

Хоть капля, тянет глотку к ней;

А опорожнишь, — так невольно

Потянет руку, чтобы снова

Его наполнить.

ЯГЕЛЛО:

Пейте, пейте!

Запас велик! Его годами

Сбирал отец. А ты, Гедвига?

Иль ты не хочешь сделать честь

Его трудам?

ГЕДВИГА:

Спасибо, милый!

Налей немного (Ягелло наливает в роговой кубок). Не сюда,

В хрустальный кубок.

ОЛЕСНИЦКИЙ:

Королева

Смакует вкус в вине и знает,

Что в хрустале его приятней

И пить, и видеть.

ЯГЕЛЛО:

А у нас

Все пьют из рога, так как он

Имеет силу уничтожить

И колдовство, и чарованье,

И наговор на все напитки,

В него вливаемые.

ВЕЙДАВУТИС:

Да,

От наговора или чар

Бывает часто много муки.

БОДЗАНТА:

Не страшны нам все эти чары!

И искушенья сатаны

Все исчезают, яко дым,

Перед крестом животворящим

Иль освященною водой.

ЯГЕЛЛО:

Кто хочет в рог, кто хочет в кубок

Вино вливайте; вы-ж, литовцы,

Мои сподвижники и слуги,

С известным всем гостеприимством,

Радушно потчуйте гостей.

ВЕЙДАВУТИС (вполголоса):

Напрасный труд! Они и сами,

Как гуси воду, преисправно

Глотают меды и вино.

ЯГЕЛЛО:

Веселый пир не будет полон,

Когда на нем не услаждает

Могучий бард своею песней

Сердца гостей. Позвать сюда

К нам Наримунда, он не даром

Своим искусством на Литве

Повсюду славен; он сумеет

Своею песней оживить

Вздремнувший дух иль вещей сказкой

Развлечь нас всех. Он здесь, конечно?

Хотя его я не видал

После поездки за тобою,

Моя княгиня.

ДАНГЕРУД:

Здесь! Сейчас

Я приведу его с собою,

Великий князь (уходит).

ЯГЕЛЛО:

Хотя он стар,

Но чудный дар все сохраняет

И так поет, что увлекает

И стариков, и молодых.

Он, как владыка, вызывает

В сердцах людей и стон, и крик,

И скорбь, и радость, и отвагу,

И месть врагам, и похвалу

Деяньям предков… (Входят: Дангеруд и Наримунд)

ЯГЕЛЛО:

Вот и он!

Здоров-ли ты, мой Наримунд,

Певец великий?

НАРИМУНД:

Я здоров.

Меня, по милости богов,

Забыла смерть; а ты здоров-ли,

Великий князь?

ЯГЕЛЛО:

Здоров и весел!

Пирую с молодой женой

Я в нашем замке и желаю,

Чтоб ты потешил нас и ныне

Своею песней.

НАРИМУНД:

Не впервые

Я молодых здесь вижу жен.

У твоего отца их было

По счету три, и каждый раз

Я после свадьбы, на пиру,

Их тешил песнями. И ныне

Готов служить тебе, но только

Я начинаю, знаешь ты,

Всегда одною песней.

ЯГЕЛЛО (смутившись):

Ныне

Ты пропусти ее и прямо

Начни с другой.

НАРИМУНД:

Нет, князь, нельзя!

Не изменил ни разу в жизни

Я этой песне, и теперь

Начну с нея.

ЯГЕЛЛО:

Не нужно мне

Той… первой песни…

НАРИМУНД:

Как не нужно?

Воздать хвалу богам считаешь

Ты лишним, князь?

ЯГЕЛЛО:

Твоим богам

Я не подвластен.

НАРИМУНД:

Не подвластен

Богам Литвы?

БОДЗАНТА:

Ваш князь подвластен

Лишь всемогущему Владыке

Всего живущего, Христу.

НАРИМУНД:

Что говорит он? Ты, наш князь,

Внук Гедимина, сын Ольгерда,

Литвы могучаго владыки,

Стал христианином?

ЯГЕЛЛО:

Позвал

Тебя на пир я не затем,

Чтоб речь вести с тобой об этом.

Ты спой нам песню иль поведай

Про славу предков, и получишь

В награду кубок.

НАРИМУНД:

Никогда

Я не приму такого дара

От христианина! Ты знал,

Что Наримунд всегда лишь славил

Сынов Литвы, родным богам

Служивших верно, для чего же

Ты повелел теперь меня

Позвать сюда?

ЯГЕЛЛО:

Чтобы потешил

Ты песней нас. Ведь ты певец,

И пой, что приказать изволит

Тебе твой князь!

НАРИМУНД:

Не по приказу

Поют певцы, когда священный

Огонь богов охватит душу

И ярким пламенем согреет

По жилам кровь, тогда лишь льются

Из горла звуки, что невольно

В сердца людей проникнут быстро

И их разбудят. Но приказом

Тебе не вызвать их!

ЯГЕЛЛО:

Заставлю

Тебя пропеть я! Извлечет

Палач те песни, коль охотой

Ты не споешь их!

НАРИМУНД:

О, Ягелло,

Что говоришь ты! Коль потребен

Тебе палач, так пусть же он

Тебе поет и песни. Я же

Не твой певец отныне! Можешь

Ты сотворить со мной, что хочешь:

Убить, замучить, искалечить,

Натешиться... но, несмотря

На власть, на силу, на богатство,

На всемогущество твое,

Не властен ты пропеть заставить

Меня, свободного певца! (Бросает лютню).

Возьми ее! Иныя руки

Пусть славят подвиги твои;

А от меня не жди напрасно