Каждый пройденный километр поистине удивлял Бенджи. Он чувствовал себя первооткрывателем, который исследует новые, неизведанные до сей поры земли. И правда, таких мест на его родине не сыскать: множественные луга устланные зеленью и цветами, усыпанные стволами деревьев полянки, скрываемые тропы… Казалось он попал в иной, чудотворный мир. В глазах пестрила зелень, в ноздри попадали странные, но тем ни менее приятные, хвойные запахи. Под ногами то и дело попадались небольшие камушки, норовя повалить невнимательного путника. Солнце медленно покидало Зенит, а юноша всё шёл и шёл…
Он уже не знал верное ли направление выбрал, следует ли он совету незнакомки или же уже давно сбился с пути. А меж тем места всё повторялись и повторялись, кажется куда ни глянь — один и тот же пейзаж. Чуть ранее можно было взять в ориентир удаляющийся порт, ну а теперь… Не вера в собственные силы, но дотошность и нежелание сдаваться заставляло felisa двигаться дальше.
Спустя ещё некоторое время, ему посчастливилось встретить путника. То был молодой мужчина, щегольского телосложения с короткими, ниспадающими чёлкой на левый бок, волосами и широкой улыбкой. В его глазах, болотного цвета, лёгких движения, читалось обманчивое простодушие. Судя по сладкому, отчего-то учтивому тону, его язык был острым как клинок, который не шёл в комплект с незнакомцем. Юноша отметил: рубаха homo была с красивой вышивкой, то ли орнамента, то ли руны; штаны и лапти дешевле наряда. У ног путника брела коза, кажется дремая на ходу.
— Помочь с дорогой? Конечно дружище!
Незнакомца звали Ричи, и он, по самой счастливой случайности, как раз двигался в направлении Лутергога — достаточно большого города, где и можно было вступить в ряды Авантюристов. Было решено двигаться вместе. С каждым пройдённым часом Бенджамин жалел о своём решении всё больше. Он был готов плутать по незнакомым землям день и ночь, не боясь стать кормом для (как уверяет парень с козой) прячущихся рядом монстров. Но только не слушать речи homo, у которого рот вообще не закрывался! Он говорил, говорил, говорил и говорил! Это было настоящей пыткой! За всю свою, пускай и не слишком длинную, жизнь, Бенджамин был уверен, что не слышал столько слов, сколько болтун произнёс за несколько часов! Когда солнце начало садиться, горе путешественник уже и не слушал рассказы Ричи, а тот всё не умолкал…
Впрочем, следует отметить, что изредка происходили моменты, когда болтун замолкал. В эти минуты парень показывал пальцем в разные направления, и лицо его становилось хмурым, вдумчивым. Сначала Бенджи не понимал в чём дело, но после Ричи поведал ему, и, клянусь Всеотцом, это было единственная полезная информация за все часы их пути.
— Монстры. Ты, сразу видно, существо не местное. В этих краях конечно их редко встретишь, но мы сошли с большака, а значит вторглись на их территорию. Авантюристы истребляют их, но толку? Каждый месяц становится всё больше. Плодятся как тараканы, отсюда и повышение налогов. Нужно ведь отважным героям платить. Кстати о злати: ты то мне ничего не должен, но поможешь кое-какое дельце провернуть в городе. Козу посторожишь, пока я туда-сюда. А после подамся к Авантюристам, записываться в добровольцы. Как, и ты туда же? Вот так встреча! Никак Адам благословит нам! Да не боись ты, со мной не пропадёшь. Я, в родной деревне, провожатым был. Все тропки знаю! О, как-то мне выпала возможность… — И снова нескончаемый бубнёж, прерывающийся в редкие моменты. В такой час дуэт путников становился тише воды и ниже травы, стараясь не издавать ни звука. Даже коза разделяла с ними это бремя. Правда Бенджи ещё ни разу не увидел даже признаков монстров, не говоря уже про страшных, уродливых, исполинских, желающих свежего мяса (по словам Ричи) тварей. Так и шли: быстро, под бубнёж владельца козы.
— …А то всяких тут много.
— Что?
— Говорю костерок нам нужен. Ночью идти никак нельзя. Мы, чтобы ты знал, сошли с большака уже давно, потому как спешим, потому как хотим поскорее прибыть в Лутергог. Меня там, между прочим, ждут дела!
Было истинной отрадой для ушей оказаться, пускай и на пару минут, в тишине. Путники приняли решение развести костёр, и переночевать на небольшой опушке, а завтра поутру, продолжить путь. Бенджамин вдоволь насобирав хвороста, внезапно понял, что потерялся. Он глядел по сторонам и везде одни и те же деревья, менялось лишь их количество. Жителям пустынных дюн, тут делать нечего — подытожил юноша свой поход, услышав блеяние козы и отправившись на звуки. Десять минут. Столько понадобилось, чтобы разжечь огонь. Минута. Столько понадобилось Бенджамину, чтобы сбежать от болтуна в царство сновидений. Боль в мышцах и общая усталость брали своё, потому и сон пришёл как только веки выходца из пустыни закрылись…
***
