– Леля, вы не могли бы мне рассказать о друзьях и знакомых вашей сестры. Что это были за люди? Кто вам нравился, кто нет, почему? Как к ним относилась Лида? Обо всех ее знакомых мужского пола, включая соседей. Все, что вспомните, даже мелочи.
– Я, конечно, могу, – покладисто согласилась Леля. – Только это долго будет. И потом, не мог же знакомый человек или сосед к тому же такое… – Леля не договорила, сглотнула, помотала головой и твердо продолжила: – Нет. Из Лидиных знакомых такого сделать никто не мог. Нет.
– Возможно, – мягко согласился Кочергин. – И все же я должен добросовестно проверить все версии.
– Ладно, – отчего-то мялась девушка. – Я могу, конечно, рассказать, хотя…
Кочергин внимательно всмотрелся в девушку.
– Леля, мне кажется, вам что-то известно об обстоятельствах гибели вашей сестры. – На этот раз голос его звучал строго и даже требовательно. – Если вам известно, кто это сделал, или вы хотя бы догадываетесь об этом, вы должны немедленно сообщить мне все известные вам факты. Во-первых, это ваш долг, а во-вторых, этот человек крайне опасен, и, если он станет подозревать, что вы что-то знаете, может случиться самое страшное! Вы меня понимаете, Леля? – настойчиво, стараясь поймать взгляд девушки, переспросил Кочергин.
– Да, – взглянув на него, кивнула Леля. – Но я не знаю, честно. – Сказав это «честно», она закусила губу, словно боялась проболтаться.
О чем?
– Леля, если вы мне сейчас же не скажете всей правды, мне придется вызвать сюда вашу мать, и дальнейший разговор пойдет в ее присутствии, а мне бы хотелось ее пожалеть.
Упоминание о маме произвело на девушку ожидаемое впечатление.
– Что вы, не надо! Она и так еле держится, все время лекарства пьет. Она очень Лиду любила! Очень! Даже, может, больше, чем меня! – горячо заговорила Леля. – Не надо ее вызывать, пожалуйста. Я и так все расскажу, хотя и обещала этого не делать.
– Обещали? Кому? – Брови капитана Кочергина сошлись в ровную строгую линию.
– Одному человеку, – опустив глаза, проговорила Леля, словно все еще раздумывая, стоит ли продолжать.
– Леля! – строго одернул ее Кочергин.
– Хорошо. Только это был секрет, и я дала слово, честное комсомольское, а теперь… – расстроенно проговорила девушка.
– Леля! – На этот раз в голосе Кочергина прозвучала сталь, а в глазах сверкнула угроза. Да что думает о себе эта девчонка?
– Этот человек подошел ко мне вчера на улице, – торопливо и испуганно заговорила Леля. – Я домой шла из булочной. Он окликнул меня по имени и сказал, что хочет поговорить о сестре. Я подошла.
– А вас не насторожило, что незнакомый мужчина останавливает вас на улице и хочет поговорить о сестре? Вы не подумали, что это может быть убийца? – глядя на Лелю с едва сдерживаемым раздражением, проговорил Кочергин. Что за безмозглые девицы пошли? Никаких нервов не хватит.
– Нет, конечно. Ведь это был офицер госбезопасности. Иначе бы я не подошла. Я же знаю, что нельзя с незнакомыми на улице разговаривать. И потом, Лида…
– Та-ак, – протянул совсем другим голосом Кочергин. – И что это был за офицер, он представился? Предъявил документы?
– Нет. Документы он мне не показывал. Просто представился, – пожала плечами Леля. – Вы же мне тоже документы не показали.
– Я сижу в своем кабинете в здании Московского уголовного розыска, у меня на двери табличка с фамилией, я вызвал вас официальной повесткой. И да, я просто представился, – едва сдерживаясь, проговорил Кочергин. – А вот лейтенант Алексеев, разговаривая с вами впервые вне здания МУРа, должен был предъявить вам свое удостоверение. Предъявлял? – обернулся он к Николаю.
– Предъявлял. А как же.
– Вот, – наставительно заметил Кочергин.
– Да, но этот человек приходил не как служебное лицо, а просто по дружбе, – пояснила Леля, глядя на Кочергина, как на тупицу, до которого все долго доходит. – Это был Лидин знакомый. Он просто подошел узнать, нашли Лидиного убийцу или нет.
– Да что вы? А вы раньше этого человека видели? Или вам Лида о нем рассказывала? – стараясь держать себя в руках, спрашивал Кочергин.
– Нет, Лида не рассказывала. Она мне про свои дела никогда ничего не рассказывала, потому что я секреты хранить не умею, особенно от мамы. А если бы мама узнала, что она со взрослыми мужчинами встречается, то наверняка бы даже выпорола Лиду, – выразительно раскрыв глаза, пояснила Леля. – Вообще-то она никогда нас не лупит, только в случае крайней нужды. За всю мою жизнь раза три, кажется, так было. Два раза меня и один раз Лидку.
– Жаль, – искренне высказался Кочергин, на что Леля тут же надулась. – Дальше, – поторопил ее капитан, всем видом показывая, что он не мама и либеральничать не станет.
– Лида не рассказывала, но Сашка, это мой друг, – пояснила Леля, слегка краснея, – он видел Лиду с этим человеком.
– Когда? – встрял в разговор Николай, которому этот самый Сашка клялся, что человека, к которому Лида садилась в машину, он не видел.
– Давно. Наверное, еще месяц назад, – задумчиво хмурясь, предположила Леля.
