– Как же хорошо отхлестать друг друга вениками от души… А потом распаренным выбежать на улицу, где минус тридцать и прыгнуть в сугроб, а еще лучше в ледяную прорубь… Ух… Словно заново родился!
Обведя взглядом обалдевших итальяно-испанских “родственников” я продолжила, уже предвкушая их эмоции дальше.
– Затем можно босиком по снегу пройтись, потом понежиться в горячем чане на жарком костре… Вернуться в домик, выпить чашку горячего чая с травами, медом и вареньем, и снова в жаркую парилку и в прорубь… Ну, или хотя бы в снегу поваляться.
Заметив, как они все на меня смотрят, я довольно улыбнулась. Шалость удалась.
Если до этого семейство считало меня просто сотрудницей с приветом, то после этих слов я определенно стала в их невероятно “цивилизованных” глазах дикаркой. Я так и видела, что дополнила все образы о русских. Даже в глазах дорого мне Сашки, который покраснел еще больше, чем прежде.
М-да… Не думала, что он будет так сильно меня стыдиться и не оценит шутку.
Один нонно насмешливо поглядывал на все это пропащее дело.
– Кушай-кушай, дольчеза, тут много витаминов, а женщине нужны витамины, – приговаривал он.
В общем я не особо удивилась, что со мной больше никто не разговаривал. Летиция и Хорхе тихо переговаривались между собой, дедушка слушал без остановки болтающую малышню. А Сашка…
А что Сашка? Он так сидел у окошка в другой стороне частного самолета, теперь уже без меня, ведь меня забрал дедушка. Вот и разрывался между ноутбуком и телефоном, лишь изредка бросая на меня весьма хмурые взгляды. Интересно, что он так высматривает? Новую девушку в Тиндере метчит и сравнивает насколько она адекватнее?
Пальцы самы открыли ноутбук, чтобы заняться хоть чем-то полезным в полете, а внутри все пылало от негодования и злости.
Если бы Летти и Сашка не ссорились из-за концепции для “Густо дела Вита”, ничего бы этого не было.
Моя счастливая, бедная жизнь им не понравилась! Ничего-ничего… Я сейчас вам такую концепцию “вкуса жизни” напишу, что у вас зубы будет сводить, лишь читая описание моего плана "пыток для зажравшихся мажоров”.
Пора хоть кому-то заставить вас спуститься на землю грешную.
Невольно я повернула голову к дедушке, мысленно умоляя придумать в этот раз наказание покреативнее.
И дедушка меня не подвел.
*****
Если честно я не верила, что когда-нибудь вернусь на Сицилию. А уж в качестве укротительницы собачьих упряжек и бедной кладоискательницы, и подавно.
Выйдя следом за всеми из машины на проселочную дорогу, я поправила красную юбку и озадаченно смотрела на зеленый склон вулкана Этна. Из черного внедорожника перед нами, также вышел радостный синьор Лукрезе старший, вместе с маленькими правнуками, с такими горящими глазами, что я едва не рассмеялась и не выдала своего черного предвкушения.
Голова снова болела и кружилась, живот болел из-за женских дней, и я старалась даже не думать о том, как же сильно меня ненавидит и презирает вся семья. Потому что Летти и Хорхе готовы были меня прибить одним взглядом, а Сашка…
Он будто сторонился меня.
Люцифер лишь изредка бросал весьма хмурые взгляды, а после снова прятался в экране телефона. Так и хотелось съязвить, что он новое лицо для пиар-кампании его парижской квартирки так усердно ищет.
– Кари нипоти, в одну шеренгу становись! – с предвкушением улыбаясь, скомандовал дедушка.
– Вот это попадос… – простонала Летти, поправляя рукава черного платья.
Вымученно улыбнувшись, мы все встали по стойке смирно, включая малышей в ярких костюмчиках, возглавлявших наш стройотряд.
– Мне понравился ход ваших мыслей, – довольно поджал губы нонно. – И так как у вас всех сегодня выходной, я решил, что мы его проведем всей семьей, за исключением тех, кто занят чем-то полезным, конечно.
Оценивающе посмотрев на Сандро, Летицию и меня, синьор Лукрезе будто невзначай добавил.
– Ну, и заодно проверим без преуменьшения гениальную идею, миа нипоте Алессандро, для нашего весьма дорогостоящего отеля.
Дедушка махнул куда-то в сторону рукой и к нам подбежал Фабио с охапкой целлофановых пакетов. Виновато посмотрев на каждого из нас, он решительно выдавал каждому по пакету, а я, увидев содержимое, невольно с черным предвкушением усмехнулась.
Так им и надо, этим мажорам.
Темно-карие глаза старика озорно блестели, и дедушка обратился к маленьким мальчикам, как и мама, носящих круглые очки.
– Говорят давным-давно на наш волшебный остров приплывали короли и пираты, за самым дорогим сокровищем на свете – красными апельсинами.
– Они стоили дороже золота… – с болью прошептал Сандро, опережая на несколько секунд слова дедушки. – И именно в нашем саду они нашли лучшие на свете.
– Заглохни… – шипела рядом с ним Летиция. – И так все беды из-за вас двоих…
Делая вид, что ничего не замечает, нонно торжественно продолжил:
– А потому сегодня мы будем все играть в бедных пиратов и искать самые лучшие плоды. Кто соберет больше всех сокровищ, тому обещаю исполнить одно самое сокровенное желание.
Мы все тут же напряженно переглянулись. Неужели и правда дедушка решил нас так просто за все простить?