— За наш успех! — слабо произнесла я, поднимая почти пустую чашку.
Незаметно для меня подкрался официант с двумя чашками кофе. И каково было мое удивление, когда Сандро внезапно выхватил пустую чашку из моих рук и вручил мне полную.
— Остывший кофе — это помои, а в моих стенах такое не пьют, — вдруг заботливо произнес он. — Это один из моих любимейших сортов кофе. Пока ты у меня в гостях, пей только хорошие напитки.
Помня опыт с сороконожкой, я с опаской смотрела в свою чашку и молча благодарно кивнула, а довольный Сандро взял свою чашку и повторил слова Летиции:
— За наш успех!
— И чтобы ты не заставил меня в десятый раз все переснимать, — язвительно добавила она, делая глоток кофе. — Иначе, родненький, я тебя точно пристрелю.
А я, услышав эти слова в сочетании с невыносимо горьким и горячим кофе, поперхнулась и громко закашлялась. Заметив это, Сандро посмотрел на меня с такой болью, как будто хуже реакции на его хорошее отношение он в жизни не видел.
— М-да… Кажется придется постараться даже больше, чем я думал…
Глава 17
8 апреля
Синьор Виктор Лукрезе
В больничной палате было тихо и, лежа под капельницей, синьор Лукрезе в очках для зрения, пыхтел над большим планшетом.
В целом он себя хорошо чувствует, но обследование и всякие полезные процедуры исправно проходит каждый год. Война-войной, а следить за здоровьем в его уважаемом возрасте нужно по расписанию. Иначе по миру пойдет это семейство без деда.
— Понапридумывали всяких шмутеров-компьютеров… — возмущался старик вслух. — Помру раньше, чем буквы сделаю больше в этой адской штуке. Вот где эта кнопка⁈
Дверь в палату тихо приоткрылась и на пороге появился знакомый носатый профиль. Таких в семье всего двое, так что ни Фабио, ни его отца ни с кем не спутать.
— Можно?
— О, племяш, заходи, дорогой, — жестом подозвал синьор Лукрезе своего гостя. — Бернардо, а ну сделай мне буквы побольше.
Поблескивающий сединой племянник подошел и молниеносно решил проблему.
— Молодец. Возьми конфетку, — указал на столик старик и тут же исправился. — Хотя нет, Бернардо, у тебя же сахар повышенный, лучше не бери.
— Всегда пожалуйста, дядя, — улыбнулся Бернардо. — Я рад, что вы хорошем настроении сегодня.
Старик слегка шевельнул пушистой бровью.
— А теперь можешь начинать его портить. Докладывай, Бернардо.
Родной племянник незамедлительно начал отчитываться о результатах своей работы. Пока синьор Лукрезе слушал и задумчиво кивал.
— Бернардо, он быстро заговорил? — будто невзначай спросил синьор Лукрезе, когда племянник закончил.
Блеснув сединой на голове, Бернардо кивнул.
— Вы же знаете, Босс, у моих ребят молчунов не бывает, — слегка пожал он плечами. — Судя по тому, что я выяснил за эту неделю нас определенно пытаются поссорить с нашими друзьями. Не нравится некоторым людям, наша дружба с Бальдини. К тому же полиция Италии опять планирует начать «охоту на ведьм». Надеятся, что и нас под шумок закроют.
Недовольно покряхтев, старик поудобнее устроился на больничных подушках.
Красиво завернул… «Поссорить с друзьями». Сюда больше подходит слово «стравить».
— Лучше бы они так свои корабли и самолеты строили, — устало фыркнул старик и эмоционально шевельнул рукой. — Не нравятся наши условия перевозок, пускай сами своими поставками и занимаются. А мы поставляем ровно столько, сколько позволяют наши возможности в определенный период времени.
Но нравится не нравится, а за такое придется ответить.
Слежка за ним лично. Покушение. Похищение гостьи Крестного отца. И как бы они ему не противили, но недопустима даже слежка за силиконовыми шалавами Сандро.
— Какие примем меры, Босс? — как обычно решительно спросил Бернардо.
— Естественно соответствующие, — согласно кивнул старик и поучительно добавил. — Но не пори горячку по молодости, Бернардо. Поспешишь людей насмешишь. В полиции новый «персонаж» в этом году выслуживается, так что пока занимаемся своими делами.
Синьор Лукрезе почти театрально развел руками.
— Разве грузовой корабль или самолет виноват в том, какие грузы в его контейнерах? Они ему не принадлежат. А хозяин сети отелей или ресторанов виноват в том, что преступный элемент, преступая порог нашего благого заведения, не говорит, что он преступный, когда нуждается в ночлеге и пище?
Седой племяш улыбнулся и закивал.
— Разумеется нет, дядя.
— Вот-вот… Но некоторые грузы все-таки лучше утопить. Вместе с поставщиками.
— Будет исполнено, Босс.
Взяв яблоко с тумбочки, синьор Лукрезе протянул его племяннику.
— А теперь расскажи пока не уехал, чем там моя сестра дома занимается? У нее вчера был грустный голос.
— Дядя, мама как обычно дома. Занимается своими клумбами и…
Сев на стул, Бернардо, откусил яблоко и принялся рассказывать уже свои домашние, но не менее важные новости.
Потому что семья — это не главное. Семья — это все.
9 апреля
Александр Лукрезе
