— Тогда давай нажмем кнопку и побеседуем с Манзаком. По правде говоря, меня ни черта не колышет, что с ними произойдет, как только мы сами выйдем из игры. Нам в любом случае придется с ним связаться, поэтому чем раньше мы это сделаем, тем лучше. Ведь все равно хуже не будет.
— Не нажимайте кнопку! — взмолился Бойд. — Я вам клянусь, что, как только вы нажмете кнопку, мы все погибнем. Точно так же, как пассажиры автобуса. Неужели вы не понимаете? Ребята, которые послали вас сюда, не могут позволить себе оставлять свидетелей. Судьбы религии зависят оттого, насколько чисто все будет ими сработано.
Пейн расхохотался.
— От чего зависят? От спрятанных сокровищ? О какой религии вы говорите? Об алчностизме?
— Алчность? Неужели вы в самом деле верите, будто все, что здесь происходит, продиктовано алчностью? Черт возьми, молодой человек, вы абсолютно ни в чем не разбираетесь! В свитке, который мы нашли в катакомбах, говорится не о деньгах. В нем говорится об истине! Он способен пробудить сомнения относительно всего, чему вас учили верить. Даже относительно самого Христа.
— Профессор!
Бойд повернулся к Марии, чтобы объяснить ей свое поведение.
— Им необходимо это узнать, дорогая. Если он нажмет кнопку, мы все погибнем, а вместе с нами и наша тайна. Все очень просто. Церковь не может допустить, чтобы подобные сведения вышли на поверхность. Они могут подорвать основы христианства.
Пейн взглянул на Джонса и присвистнул.
— Ну, мне все понятно. Я нажимаю кнопку. Сам посуди, вначале он утверждает, что работает на ЦРУ, теперь говорит, что Церковь пытается с ним расправиться. Наш док совсем свихнулся.
Джонс пристально всматривался в Бойда.
— Лично у меня всегда была масса сомнений относительно папы. Нельзя доверять человеку, который носит такую шапчонку.
— Всемогущий Боже! — закричал Бойд. — Я о папе не говорил ни слова! Но кто-то в Церкви, несомненно, имеет к этому делу какое-то отношение. Иначе и быть не может. Я хочу сказать, что они единственные, кто… — Бойд внезапно замолчал и по совершенно необъяснимой причине поднял голову вверх. — О Боже, нет!
— Ну что теперь? — спросил Пейн. — Неужели с вами заговорил сам Господь Бог?
— Ш-ш! — прошептал профессор. — Тот самый звук! Неужели вы не слышите? Тот, который я слышал в Орвието.
Пейн с Джонсом не понимали, о чем говорит Бойд, но на мгновение прислушались. Кроме гула мотора «фиата», был отчетливо различим какой-то другой звук. Понять точно, откуда он исходит, было невозможно из-за эха в переулке, тем не менее звук становился все громче.
Джонс заглушил мотор машины и шепотом спросил:
— Ты, случайно, не нажал кнопку?
Пейн отрицательно покачал головой, отошел в глубь переулка футов на пятьдесят и прислушался.
— Вертолеты, — заключил он. — И их несколько. Они летят сюда.
— Как они нас нашли?
— Не знаю. Возможно, это устройство все время передавало им наши координаты. — Он швырнул прибор на землю и раздавил. — Не имеет значения. Если мы не захотим, они нас все равно не найдут.
Пейн подошел к Бойду и приставил ему к подбородку пистолет.
— Где вы родились?
Бойд глубоко вздохнул, а затем спросил:
— Вам нужна правда или моя легенда?
Шутливое настроение Пейна прошло, поэтому он еще сильнее надавил своей «береттой» профессору на глотку.
— Ладно, — прохрипел Бойд, — Сиэтл, штат Вашингтон.
— Образование?
— Военно-морская академия США. Затем Оксфорд.
Пейн слегка ослабил давление.
— Мимо цели, док. Так случилось, что мне кое-что известно об академии.
— Превосходно! Задайте мне любой вопрос! Только быстрее, иначе мы все очень скоро погибнем.
Пейн мгновение молчал.
— Назовите дорогу на территории академии.
— Что? Там же их несколько…
— Называйте одну, или я буду стрелять.
— Ладно, э-э… Кинг-Джордж-стрит. — Названная улица действительно была главной проезжей магистралью в кампусе академии. — Могу продолжить, если желаете, Вуд-стрит, Док-стрит, Блейк-роуд, Дикейтор-роуд, Колледж-аве…
Удивленный Пейн кивнул.
— Где проводились занятия во время войны?
— Какой войны?
— Говорите!
— Полагаю, что вы имеете в виду Гражданскую войну, так как только во время Гражданской войны занятия проводились за пределами академии. Ответ — в Ньюпорте, штат Род-Айленд. Перебазирование осуществлялось из соображений безопасности.
— Неплохо, — вынужден был признать Пейн. — Но вот последний вопрос будет решающим! Любой выпускник академии должен ответить на него мгновенно. Вы готовы? Потому что именно от него будет зависеть, останетесь вы живы или умрете. Поняли? Как во времена вашей учебы там называлось женское общежитие?
Бойд улыбнулся:
— Увы, никак. К моему великому сожалению, женщин стали принимать в академию только после моего окончания. Примерно около 1976 года, если не ошибаюсь.
Пейн недовольно опустил пистолет.
— Значит, вы учились в академии?
Бойд кивнул.
— Насколько я понимаю, вы тоже ее выпускник.
— Да, сэр. Джонатан Пейн, к вашим услугам.
— Ну-с, мистер Пейн, если вы действительно хотите еще какое-то время погулять по земле, я настоятельно рекомендовал бы вам немедленно отправляться в путь. В противном случае мы все будем убиты, не выходя из этого переулка.
