Крестоносец полностью

Атеньер, покачав головой, снял с шею связку ключей и отпер большой, отделанный ценным деревом шкаф в углу кабинета. Взял с полки непромокаемый кожаный мешок и с поклоном подал мне. Я сломал сургучную печать на завязке мешка и высыпал содержимое на стол.

- Ага, вот и письмо от нашего друга! – сказала Элика, подавая мне свиток. Я развернул его и вслух прочел следующее:

Его превосходительству Главе Святейшей

Инквизиции отцу Тома де Лиссарду.

Монсеньер!

Извещаю Вас, что новый шевалье прибыл сегодня в Фор-Авек и приступил к исполнению своих обязанностей. Поговорив с ним, я убедился, что Ваши предупреждения справедливы. Маркиз де Квинси производит впечатление недалекого и самоуверенного юнца, который совершенно не разбирается в сути дела и, как мне кажется, неспособен повлиять на ситуацию в Фор-Авек и выполнить порученное ему дело. Я, конечно же, буду неукоснительно выполнять ваши распоряжения и сделаю все возможное для того, чтобы щенок поскорее сломал зубы о кость, которая ему не по силам. Однако в свите новоиспеченного шевалье есть магичка-виари, которая кажется мне опасной. Я не уверен в ее лояльности империи и просил бы Вашу милость сделать так, чтобы дамзель Сонин под каким-нибудь предлогом отозвали на материк. В этом случае я ручаюсь за успешное выполнение задания.

Остаюсь преданнейшим слугой империи и Вашей милости,

Д.

- Вот мы и знаем, кто же в империи любит тебя больше всех, - сказала Элика с лукавой улыбкой. – Мне сразу не понравилась рожа этого саларда, уж больно он был почтителен и любезен.

- Это все? – спросил я, бросив донос Дуззара на стол.

- Да, милорд. Есть еще частные письма, но они, полагаю…

- Давайте просмотрим все.

Атеньер побледнел и кивнул. Я заметил, что он нервничает. С чего бы?

Я машинально прочел несколько писем. Это были обычные личные письма – дети писали родителям, родители детям, друзья друг другу. Ничего интересного.

- Эвальд, глянь-ка! – негромко сказала Элика, развернув очередной свиток.

Я подчинился. В свитке не было текста. Просто чистый с обеих сторон листок пергамента, даже не запечатанный сургучом.

- Наверное, по ошибке попал, - пожал плечами Атеньер. – Мои клерки ужасно рассеяны.

- Нет, это не ошибка, - Элика развернула свиток, положила его на стол, сняла с шеи медальон с изумрудом, положила его рядом со свитком и начала читать заклинания на языке виари. Изумруд засветился изнутри, и я увидел, как на пергаменте странного свитка начали проступать строчки, написанные фосфоресцирующими чернилами. И это был явно не имперский язык.

- Что это, Элика? – спросил я.

- Язык Суль, - ответила волшебница. – Здесь написано следующее: «Продолжаю поиски ассистентки, ищу контактов с ушастыми. Атеньер дал тысячу гельдеров, возместите ему расходы». Какая интересная записка!

- Милорд, я…. – Управляющий попятился от стола назад, но Домаш схватил его за шиворот и приставил к горлу Атеньера кинжал.

- Расскажешь сам, или мне магию применить? – самым зловещим тоном спросила Элика.

- Или побрить тебя и при этом случайно порезать? – добавил Домаш.

- Пощадите! – взвыл управляющий.

- Рассказывай, Атеньер, - велел я, - или…

- Я все расскажу! – завопил управляющий. – Все правду! Это все Дуззар. Это он взял у меня деньги, но я не знал, зачем.

- Ложь, - спокойно сказала Элика.

- Клянусь пресвятой Матерью, это правда! Дуззар часто брал у меня деньги взаймы, а потом мне их возмещали.

- Кто возмещал?

- Я не знаю. Просто с материка мне доставляли мешок с деньгами, и все. Клянусь…

- Не клянись. Когда Дуззар был у тебя?

- Вчера ночью. Взял деньги, отдал гербовое письмо и эту записку и велел отправить их с почтой.

- Значит, он все еще на Порсобадо, - вздохнул я. – Где он?

- Я не знаю. Он не говорил, куда отправляется.

- В записке сказано, что Дуззар собирается договариваться с виари, - сказала Элика. – С кем именно?

- Я же говорю, я не знаю!

- Тогда мне придется порыться в твоих мозгах, проклятый предатель.

- Нет-нет, стойте! – выпучив глаза, взревел Атеньер. – Дуззар правда мне ничего не говорил. Но если у него какие-то дела с виари, то он мог отправиться на северо-запад острова.