Размахнуться в низкой пещерке клеймором я не мог. Оставался только колющий удар. За мгновение до того, как я его нанес, тварь дико взвыла, оглушая нас. Я еще ощутил, как мой клинок вошел в тело погани. Второго удара я не успел нанести. Сэр Роберт ногой отбросил вопящую тварь от себя к стене пещеры. А дальше чудище получило добавку уже от Домино: файерболл попал ему прямо в рожу, прервав, наконец, отвратный вой, резавший нам уши.
- Прокляни меня Матерь! – Сэр Роберт, тяжело дыша, поднялся на ноги. В правой руке он сжимал меч, а в левой окровавленный кинжал. Блин, его протез даже сражаться ему позволяет! – Все наружу! Логан, мой якорь, быстро!
Оруженосец, кашляя и чертыхаясь, выскочил из норы, заполненной зловонным дымом, мы с Домино следом за ним. Я заметил, что Логан трясется, как в припадке. Победитель драконов, мать его!
В седельной сумке сэра Роберта был свернутый кольцом крепкий канат с железным крюком на конце. Логан схватил его и нырнул обратно в пещеру. Через несколько секунд он вернулся уже в компании сэра Роберта. Свои меч и кинжал рыцарь успел вложить в ножны и на ходу разматывал канат якоря.
- Эвальд, помогите мне! – велел он.
Вдвоем мы в пару рывков выволокли тварь из норы. Она сильно обгорела, лохмотья, некогда бывшие одеждой, тлели, какая-то черная жижа выливалась из ее распоротого кинжалом де Квинси брюха, но она еще была жива. И только когда мы выволокли ее на солнце, погань забилась, как пойманная рыба, от нее повалил черный жирный дым, и тварь буквально растаяла на наших глазах в несколько секунд. На глине осталось лоснящееся пятно жирной копоти и несколько обугленных костей.
В глубокой яме на месте логова твари мы нашли изуродованное тело Джесона, его сумку и ржавый арбалет, из которого тварь убила коня гонца. Письма были на месте. Сэр Роберт положил их в кошель на своем поясе.
Заботы о теле Джесона заняли у нас немного времени. Сжечь его было не на чем, поэтому сэр Роберт собственноручно отрубил несчастному гонцу голову, вырезал сердце, а обезглавленное тело велел нам с Логаном закопать на берегу. Голову и сердце он выбросил в реку. Над могилой Джесона фламеньер прочел заупокойную молитву, после чего мы, наконец-то, покинули страшное место.
- Типичный маликар, - сказал рыцарь, когда я спросил его, что за тварь мы прикончили в пещере. – Думаю, он пришел с той стороны, из дальних степей.
- Маликар? Это что, вампир?
- Он самый, мастер Эвальд. Самый настоящий вампир, гореть ему в Хэле! Наверняка бедняга Джесон был не единственной жертвой. Кочевники, которых я видел в Холмах, рассказывали мне, что в ближних к границе стойбищах пропало несколько человек за последние пять месяцев. Не исключено, что это работа той самой твари, которую мы прикончили. Жалко Джесона. Я его хорошо знал. Славный был человек.
- Значит, это правда, - пробормотал я. – Да уж, интересный мир этот Пакс!
- Что вы сказали?
- Это я задумался, сэр. Надо ли было так с ним поступать? Я имею в виду это… голову, сердце.
- Увы, необходимо. Жертва вампира может сама стать вампиром. Я бы и злейшему врагу не пожелал такой участи. Зато теперь я спокоен, что не увижу Джесона на этом свете. Только по ту сторону жизни, когда придет мой черед покинуть этот мир.
- Мы выполнили нашу работу, сэр, - напомнил я.
- Конечно. Вы оправдали мои ожидания, - сэр Роберт порылся в кошеле, достал золотой и протянул мне. – Вот ваша плата. А теперь поговорим о главном.
- О главном?
- О вашем будущем. Я официально предлагаю вам вступить в мой эскадрон.
- То есть, вы хотите, чтобы я стал фламеньером?
- Пока об этом нет речи. Стать членом братства – большая честь, и ее надо заслужить. Первое время вы будете под моим началом, как простой боец. Если хорошо себя покажете, поговорим о большем.
- А если я откажусь?
- Тогда вам придется попрощаться с Домино, - с жесткой прямотой сказал рыцарь. – Ваша возлюбленная маг, и ее место в братстве.
- Эй, а почему меня никто не спросил? – рассердилась Домино. – С чего вы взяли, что я соглашусь?
- С того, что у вас нет выбора, - пояснил сэр Роберт. – У вас только два пути, милая арас-нуани. Либо служение братству, либо служение магистрам Суль. Или вы попытаетесь убедить меня, что вербовщики уже не идут по вашим следам?
- Вы и это знаете? – упавшим голосом спросил я.
- Я знаю многое. Это моя обязанность – знать.
- Я с Домино, - сказал я без всяких колебаний.
- Ненавижу вас всех! - На глазах Домино появились слезы.
- Это ваше право, - с неожиданной мягкостью в голосе ответил сэр Роберт. – Поверьте мне, сударыня, я хочу вам добра. Так уж устроен наш мир, что выстоять в одиночку вы не сможете. Когда-то ваш народ пытался сам справиться со злом, и к чему это привело? Не отталкивайте руку помощи, которую я вам протягиваю.
- Домино, мне это тоже не нравится, - сказал я. – Но у нас действительно невеликий выбор. И я буду рядом с тобой, клянусь.
- Мы переночуем в Вильче, а утром отправимся к роздольской границе, - сказал сэр Роберт. – Письма у меня, и шевалье де Крамон ждет. Не стоит заставлять братство ждать.
