И я начал говорить. О том, кто я, где родился, где учился и кто мои родители. Как я увлекся фентези, начал посещать клуб ролевиков и познакомился там с Андреем Михайловичем, Сычом и прочими «хоббитами». Как мы собрались отметить на природе праздник Белтан. Как я встретил Домино и влюбился в нее, и что же с нами случилось на берегу реки Лещихи утром второго мая. Пересказал, стараясь не упустить ни одной подробности, все, что рассказала мне Домино о себе. Когда я закончил, фламеньеры долго молчали – видимо, моя история потрясла их. Такого они не ожидали услышать.
- Все, что рассказал Эвальд, поразительно, - наконец, отмерз сэр Роберт, - но что-то говорит мне, что все это чистая правда.
- Человек из неизвестного нам мира? – де Крамон был явно ошеломлен услышанным. – Человек ли?
- Вы, наверное, думаете, что я какой-нибудь демон, - сказал я. – Но я обычный человек, уверяю вас. Я не владею магией, и никогда ей не интересовался. Все получилось случайно. Ни я, ни Домино в этом не виноваты.
- Что скажете, Роберт? – спросил комтур, стараясь не встречаться со мной взглядом.
- Скажу, что для меня это ничего не меняет, - твердым голосом ответил де Квинси. – Я по-прежнему намерен испытать этого юношу.
- Такую историю нельзя сочинить, - произнес де Крамон. – Но о подобных случаях я даже не слышал.
- Все возможно в этом мире, милорд, - философски заметил сэр Роберт. – Думаю, нам надо поговорить с эльфкой. Если они лгут, ложь неминуемо обнаружит себя.
- Я тоже так думаю, - сказал комтур. Вздохнул, повернулся ко мне и впился в меня тяжелым свинцовым взглядом. – Кем же ты был в своем мире, мальчик?
- В своем мире я историк…. историограф, мессир, но работаю менеджером в телекомпании и…
- Историограф? Ты можешь исполнять обязанности писца и хрониста, не так ли?
- Если вам будет угодно, мессир. Я прошу вас только об одном: не разлучайте меня с Домино. Я ее очень люблю.
- Девица будет отправлена в академию магов при Высоком Соборе, - ответил де Крамон. – Мне очень жаль, но это необходимое условие ее безопасности. Тебе придется смириться с этим.
- Я не хочу терять Домино!
- Ты ее не потеряешь. Вам будет дозволено раз в месяц обмениваться посланиями. В будущем, если братство сочтет возможным принять тебя в свои ряды, ты сможешь встретиться с ней.
- Ради Домино я готов на все.
- Похвально, - взгляд де Крамона просветлел. – Истинно сказано в Золотых Стихах: «Любовь единственная движет миром». Мне по душе твои чувства и твои слова, отрок. Я подумаю о твоей судьбе. Пока же передаю тебя во власть сэра Роберта де Квинси. Отныне он твой сеньор, и ты обязан беспрекословно ему подчиняться.
- Постараюсь не разочаровать сэра Роберта, - ответил я.
- Я присмотрю за ним, комтур, - добавил сэр Роберт. – Можете не беспокоиться.
- Тогда ступайте. Да пребудет с вами милость Воительницы!
- Простите, милорд, - решился я, - а как же мой меч? Он мне очень дорог, это память о хорошем человеке, которого я бесконечно уважал. Неужели вы хотите забрать его у меня?
- По законам империи простолюдин не имеет права в мирное время носить оружие с клинком длиннее восемнадцати дюймов, - сказал комтур. – Исключения для тебя мы делать не станем. Одно могу тебе обещать: если братство сочтет возможным принять тебя в свои ряды, меч будет тебе возвращен. Но не раньше.
- То есть, вы даете мне честное слово?
Комтур и сэр Роберт снова переглянулись.
- Милорд, вы мне обещали, - тихо произнес де Квинси.
- Да, я даю честное слово, - помолчав, ответил де Крамон и едва заметно улыбнулся. – Сэр Роберт, забери этого наглеца, пока я окончательно не потерял терпение!
***
Завтра пойду к плотнику и договорюсь с ним насчет швабры. А то спина болит.
Ха, вообще забавно. Попасть в другой мир для того, чтобы мыть здесь полы! Или просто так уж устроено мироздание, что во всех мирах происходит одно и то же? Короли царствуют, воины сражаются, воры воруют, а новички везде и всюду моют полы.
Воды в лохани почти не осталось. Зато пол в библиотеке блестит. Теперь нужно вынести старый тростник и посыпать пол свежим. И весь остаток дня в моем распоряжении.
- А, боевое пополнение!
Оглядываюсь. Это два брата-близнеца Детлеф и Дитрих, кадеты из пятого эскадрона.Сыновья какого-то большого вельможи из Лотарии, чуть ли не герцога. Они уже получили черно-оранжевые орденские дублеты и право носить на одежде символику братства, отчего важничают необыкновенно. Я их называю Дет и Дит, или просто «Двое из ларца».
- А ты неплохо управляешься с тряпкой, - заявляет Дит. – Большой опыт?
Молчу, выжимаю тряпку в лохань. Дит подходит к стеллажу, снимает перчатку и проводит пальцем по верхней полке.
- Пыль, - заявляет он. – Как в проклятой терванийской пустыне. Придется мыть полы еще неделю, стрелок Эвальд.
- Сейчас домою и вытру, - отвечаю я спокойно.
- Неверный ответ, - Дит подходит ко мне и тычет пальцем мне в грудь.- Верный ответ звучит так: «Виноват, сэр, будет сделано, сэр».
- Понял.
- А если понял, доложи, как положено. Ну?
- Виноват, сэр, будет сделано, сэр.
