- Сейчас у нас много других забот, - уклончиво ответил Гаренджен. – Прошлая зима была снежной и голодной, и скота стало меньше. Многие гланы откочевали на север, чтобы найти лучшие пастбища.
- Почему же твой род не последовал за ними?
- Потому что такова была моя воля.
- Могу ли я спросить уважаемого вождя? – осмелился я, польщенный тем, что сэр Роберт назвал меня сыном.
Гаренджен кивнул. Теперь на меня смотрели десятки внимательных глаз.
- Если бы у тебя было много хорошего оружия, что бы ты сделал? – спросил я.
- Я бы выполнил волю Тенки, божественного Отца, - ответил Гаренджен, сверкнув глазами. – Сделал бы так, чтобы восход и закат одинаково боялись меня.
- Разве такое возможно?
- Много, много лет назад, - начал кочевник, не глядя на меня, - мы были могущественным народом. Наши всадники держали в страхе все соседние племена, платившие нам дань золотом, скотом и рабами. Сегодня от нашего величия остались лишь воспоминания древних стариков и песни, которые поют у костров мои воины. Я хочу вернуть времена нашей славы. Так хочет Тенки и его небесные дети.
- Война всегда приносит горе, - сказал сэр Роберт. – Твои нукары храбры и искусны в бою, но их слишком мало. Сегодня судьбы народов решают большие армии. Даже самое лучшее оружие в руках твоих воинов не принесет тебе победы.
- Кто говорит об одном глане? Когда-то мы были единым народом, гордо именовавшим себя Койсу – совершенные. Мы не боялись никого, а соседи наши стонали в страхе, лишь увидев следы наших коней. Даже во времена нашествия каракутонов мы смогли защитить наши земли. Сегодня я вижу, как чужаки захватывают наши земли. Они учат наших детей новой вере и строят могучие крепости на древних кочевых путях. Хорошо ли это? Я говорю – нет!
Гаренджен добавил несколько фраз на своем языке, и собрание одобрительно загудело.
- Ты о терванийцах говоришь? – спросил сэр Роберт.
- Они пришли на эту землю незваными. Они хитры и коварны. Они предпочитают не меч, а слово.
- Одна терванийская крепость так тебя страшит, о, вождь?
- Одна крыса приведет за собой остальных. Вскоре после того, как терванийцы построили Баз-Харум, многие вожди поспешили увести свои гланы на север.
- С чего бы? – вдруг спросил молчавший до сих пор Лукас Суббота.
- Чтобы сохранить чистоту крови, веру в наших богов и не уподобиться предателям, осквернившим само имя Койсу.
- Понятно, вождь. Тебе не нравится, что часть западных гланов после войны за Роздоль ушла в имперские земли, осела там и приняла нашу веру?
- А ты бы радовался тому, что твой народ разделился, и часть его приняла Тенки, как единственного хозяина жизни?
- Нет, - честно сказал рыцарь. – Однако тем самым они спасли свои детей и обрели мир и безопасность. А твоя мечта объединить в один народ все гланы, кочующие по Дальним степям, представляется мне благородной, но несбыточной.
- Нет ничего несбыточного, если Тенки ведет тебя.
- Путь к войне – не самый лучший.
- Этот мир изменить нельзя, - ответил Гаренджен. – Его законы просты. Есть те, кто едят, и те, кого едят. Есть тот, кто проливает кровь и тот, чью кровь проливают. Небо не может стать землей, а земля небом. Хочешь выжить – убивай, иначе умрешь. Тот, кто не хочет быть волком, станет добычей волка.
Между тем начали подавать горячее. Женщины с замотанными лицами втащили в шатер несколько больших чугунных котлов с просяной кашей и огромными кусками баранины. Перед пирующими появились широкие блюда с жареным на вертелах мясом, лепешками и просяной лапшой, плавающей в растопленном бараньем жире и молоке. Наши прислужницы начали разливать вино и хмельную брагу из молока.
- То есть, - продолжал сэр Роберт, которому определенно были интересны откровения нашего хозяина, - ты собираешься воевать и с нами, и с терванийцами?
- Это неизбежно, как приход лета или старости, - с подкупающей откровенностью ответил Гаренджен. – Я же сказал тебе, нукар Роберт, что между волком и бараном не может быть мира.
- И с кого ты собираешься начать?
- Тенки скажет мне, с кого начать.
- Желаю тебе долгих лет жизни и победы над врагами, - сказал сэр Роберт, поднимая чашу.
- Почему твои повелители не воюют с Тервани? – спросил вождь, который решил отбросить дипломатические иносказания и околичности.
- Думаю, тебе стоило бы спросить моих повелителей. Я слишком незначительный человек в моей стране и не могу дать тебе ответа.
- Хеш! Но рано или поздно большая война неизбежна.
- Ты предостерегаешь или прорицаешь, вождь?
- Двенадцатый век Тенки на исходе, - загадочно сказал Гаренджен. – Скоро наступит время изменения, на которое падает тень Черного. Степи напоятся кровью и огласятся криком умирающих. Уже сейчас зло, которое несут чужаки на нашу землю, приносит свои плоды.
- Какое зло?
- Чужаки хотят лишить нас веры в богов, в которых верили отцы. И боги наказывают нас за это. Древний ужас возвращается. Мои воины видели в степи черные тени и слышали вопли каракутонов.
- Кого слышали? – не понял я.
- Живых мертвецов, - пояснил Суббота. – Вампиров.
- Звучит страшновато, - согласился сэр Роберт.
