- Ты сам видел, что произошло в Баз-Харуме. С нежитью нельзя заключить никаких соглашений и союзов, между нами не может быть мира. И если в имперских землях до сих пор не случилось большой беды, то лишь потому, что маги Суль пока еще выжидают. Но в любой момент мы можем столкнуться с новым нашествием. Надо сделать все, чтобы в Высоком Соборе поняли, кто наш истинный враг.
- И что мы можем сделать, сэр?
- Сначала я хочу кое-что тебе подарить, - сэр Роберт показал мне на кожаный мешок, лежавший на столе. – Открой и посмотри, что внутри.
Я развязал мешок, запустил в него руку и вытащил великолепный цельнокованый шлем из черненой стали. Такие шлемы в старину назывались норманскими. Яйцевидный тщательно отполированный шлем имел массивный отделанный серебром наносник, науши из стали и длинную бармицу. Нижний край шлема обхватывал массивный обруч из закрученной спиралью полированной стали, а выше обруча на тулье шлема были искусно напаяны серебряные фигурки святых, склонившихся в молитвенных позах. Такой чудесной кузнечной работы мне еще никогда не приходилось видеть.
- Это мне? – только и смог сказать я.
- Тебе. Этот шлем отковал наш замковый кузнец Турен – да бережет Матерь его душу! Турен был настоящий мастер. Меч, который сейчас на мне, тоже его работа, хоть и говорю я, что это Фраберг ковал. По чести сказать, мечи Турена лучше, чем оружие семьи Фрабергов. А шлем… Его подарил мне мой отец в тот день, когда я впервые принял участие в рыцарском турнире. Мне тогда только исполнился двадцать один год, я был даже младше тебя. Сейчас мне кажется, что все это было не со мной.
- Это чудесный подарок, сэр. Спасибо вам огромное.
- Надень шлем, я хочу посмотреть.
Я с удовольствием надел шлем на свой койф, расправил бармицу. Шлем сидел на голове так, будто на меня ковался. Сэр Роберт одобрительно кивнул.
- Впору, - прокомментировал он.
- Сэр, - решился я, снял шлем и посмотрел на рыцаря. – Вы так заботитесь обо мне – почему?
- Я знал, что ты рано или поздно об этом заговоришь, - сэр Роберт слабо улыбнулся. – Если я скажу тебе, что отношусь к тебе как к сыну, ты мне поверишь?
- Да, сэр, но мне кажется…
- Что? Продолжай же!
- Мне кажется, сэр, что это не вся правда.
- Я ухожу в дальнее путешествие, не оставив после себя наследника, - ответил сэр Роберт, глядя на пляшущее в камине пламя. – Так уж судили высшие силы.
- Вы не были женаты?
- В свое время я был помолвлен с девушкой из небогатой, но очень благородной семьи.
- Вы любили ее?
- Я? Да. И мне казалось, что Агнесс тоже меня любит.
- И почему вы не поженились?
- За два месяца до свадьбы в нашем повете начался мор. Черная оспа – жестокая болезнь, сынок. Если она не убивает, то уродует. Агнесс выжила, но ее лицо было обезображено болезнью. И она решила уйти в монастырь. Я пытался отговорить ее, однако она слишком строго судила себя. Она не поверила мне, когда я сказал, что буду любить ее такой, какая она стала. Я надеялся, что она передумает, но в монастыре она умерла еще до пострига. Сестры сказали мне, что она сильно тосковала по мне.
- Вы остались ей верны на всю жизнь?
- Наверное, я слишком часто сравнивал других женщин с Агнесс. Увы, ни в одной из них я не находил ее благородства и ее прелести.
- Печально, сэр.
- Однако мы говорим о тебе. Когда я увидел вас с Домино в той харчевне в Холмах, я сразу понял, что ты особенный. Ты озадачил меня, Эвальд. Все в тебе было необычно. Взять хотя бы твой меч: ты сказал мне, что получил его по наследству, но меч выглядел так, будто только вчера вышел из кузницы. В твоей подруге я сразу разгадал мага, но ты – ты стал для меня загадкой. Когда же ты рассказал свою историю мне и шевалье де Крамону, я, признаться, даже не удивился тому, что услышал. Мне оставалось только объяснить само твое появление в нашем мире. Мне кажется, я нашел разгадку.
- Домино сказала, что нас вырвала из моей реальности магия Суль.
- Отчасти, Эвальд. Главную роль в твоем переходе через границы миров сыграла Домино. Я недооценил эту девочку. Она обладает редчайшим даром разрушать непреодолимые для всех прочих людейбарьеры между мирами. Это ее сокровище и самая главная угроза для нее.
- Угроза? Домино что-то угрожает?
- Магия Сопряжения – одна из самых могущественных, Эвальд. Но при этом одна из самых опасных для самого заклинателя. Маг, способный переходить из одного мира в другой по собственной воле, очень уязвим для темных сущностей бездны. В момент такого перехода маг не способензащитить себя от таких сущностей иможет превратиться в одержимого. Но хочу тебя успокоить – Домино не одержимая. С ней все в порядке. Наш главный демонолог, магистр Кара Донишин, тщательно обследовала девушку. Видимо, отец Домино знал о ее редчайшем даре, поэтому старался укрыть ее от вербовщиков Суль, рискуя всем своим кланом. Однако мы пока не знаем, чего можно ожидать от твоей подруги в будущем.
- Так это Домино сделала так, что я оказался тут?
