- Я слышал, тут ребенок плакал.
Она засмеялась, прикрыв рот ладонью. Драгоценные камни в перстнях на ее пальцах вспыхивали искрами.
- Ребенок! – Она склонила голову, рассматривая меня. – Нет тут ребенка. Это я плакала.
- Кто это сделал?
- Они не успели уйти, - сказала она, убрав с лица упавшие пряди волос. - Боялись, что не смогут вернуться. И надеялись, что все это пустые слухи. Прочие жители были благоразумнее.
- Это ты их убила?
- Я всего лишь бедная крестьянка.
- Бедная? С такими-то перстнями? Ты что-то не договариваешь, милочка.
- Герой! – Она презрительно фыркнула, ее глаза таинственно сверкнули в полумраке. – Невелика заслуга справиться с бабой на сносях.
- Я не хочу тебе вреда. Но ты должна рассказать мне, что здесь происходит.
Она не ответила. Издала странный, очень громкий и неприятный мяукающий звук, потом зашипела, как змея, а миг спустя прыгнула на меня с поразительной ловкостью. Ее искаженное лицо, мертвые глаза и острейшие белоснежные клыки запечатались у меня в памяти, как стоп-кадр. Меч в моей руке остановил ее, женщина напоролась на раскаленный заклинанием клинок своим животом, взвыла страшно, на одной ноте, оглушая меня. Брюхо лопнуло, как наполненный водой надувной шарик, и меня окатил поток черной, пенистой, пахнущей медью крови. Тварь задергалась, еще пытаясь вцепиться мне в горло пальцами, но мгновение спустя от нее повалил дым, волосы вспыхнули, кожа обуглилась, и тело буквально развалилось и просыпалось с меча на пол частями скелета и тлеющими хлопьями пепла.
- Молодец, сынок!
Сэр Роберт шагнул ко мне из темноты, одобрительно улыбнулся.
- Похоже, Элика кое-чему тебя научила, - заметил он. – Неплохо ты придумал с пламенеющим мечом. Возьми этот прием на заметку, пригодится.
- Что это было, сэр?
- Всего лишь урок. И ты хорошо справился с заданием.
- Погодите, разве все, что мне рассказывали в Верте про брошенную деревню, всего лишь…
- Это называются Иллюзиариум, Эвальд. Созданная при помощи магии произвольная реальность. Раньше молодых фламеньеров готовили, отправляя их на настоящие задания, но это было слишком опасно – ученики погибали или заражались проклятием. Охранительная Ложа подсказала выход. Опытные маги способны создать Иллюзиариум, который неотличим от реальности нашего мира, где послушники чувствуют боль и получают удары и укусы, но их жизни и здоровью при этом ничто не грозит.
- Так, - ко мне вернулось чувство реальности, я понемногу приходил в себя. Останки убитой твари, тела ее жертв и темная кровища, залившая меня и пол, исчезли бесследно. – Значит, это симулятор?
- Симулятор? Что это значит?
- Все это ненастоящее, верно?
- Да, это всего лишь иллюзия. На самом деле ты сейчас мирно спишь в гостинице, и все происходящее как бы твой сон. Но ты показал себя молодцом. Как ты определил, что эта женщина не та, за кого себя выдает?
- Очень просто, сэр. Она была одета в лохмотья, а на пальцах драгоценные кольца. И вообще, какая-то она странная была.
- Поздравляю тебя, Эвальд. Ты прикончил лакримону. Случись такое в реальности, орден был бы обязан выплатить тебе двадцать гельдеров «слезных денег». Конечно, если бы ты представил доказательства.
- Лакримона – это вампир?
- Да, один из самых опасных. Все порождения Нави внушают ужас, но лакримона всегда вызывает особое омерзение даже у нас, персекьюторов. Наши демонологии говорят, что лакримоной, или, как ее называют в народе, Плакальщицей, становятся женщины, умершие бездетными. В дальних деревнях Элькинга или Аверны общины до сих пор не разрешают хоронить таких покойниц на погостах, их тела сжигают и только потом прах предают земле, чтобы бедняжки не стали вампирами. Лакримона никогда не нападает на мужчин, охотится только на молодых женщин и детей. Свои жертвы она часто приманивает детским плачем, отсюда и название. Если в деревне начинают один за другим умирать младенцы – значит, Плакальщица пришла. Это верная примета, и она никогда не обманывает. Так было и в Верте. Спасения от лакримоны нет, она высасывает из жертвы всю кровь, и от этой крови раздувается, как тварь, которую ты убил в Баз-Харуме, помнишь? В это время лакримону легко спутать с беременной женщиной.
- Проклятая паучиха. И умная – у кого поднимется рука на брюхатую?
- Истинно. Будь она голодной, тебе пришлось бы намного сложнее. У лакримоны отменная реакция. И впредь, никогда не разговаривай с вампирами. Некоторые из них могут при помощи чар поработить твой разум, и в этом случае ты неминуемо погибнешь.
- И каких только тварей не сыщешь под небесами! – Я вытер меч тряпицей, которую подобрал с пола и убрал в ножны. – Что теперь, сэр Роберт?
- Теперь отдыхай. До утра еще есть время.
- Вы ничего больше не хотите мне сказать?
- Только то, что горжусь тобой, - рыцарь шагнул ко мне, протянул руку ладонью вперед, но миг спустя со вздохом опустил ее. Я понял: он хотел коснуться моей щеки, но не смог. – Скоро ты станешь гордостью Ордена, сынок. И мне это приятно.
- Орден никогда не примет меня обратно, сэр.
