— Нам со спутником — он указал на Александра — нужен ночлег и горячая пища. Раз уже есть возможность, то надо пользоваться. Этому же болтуну достаточно будет места в конюшне, и поесть ему тоже что-нибудь принесите. — Последнее он произнёс с небольшим душевным колебанием, но увидел, что проповедник выразил на лице радость и от такой малости, успокоился, как человек, сделавший добрый поступок.
Они с Александром спрыгнули с коней. При этом последний ухнул и ухватился за поясницу, согнувшись, как старик. Но тут же охнул, схватившись за задницу.
— Да у меня всё болит, ох, и спина и всё, что ниже!
— С непривычки, друг. — Улыбнулся Элезар — это мы ещё шагом ехали. Если бы на рысях шли или тем более галопом, то тебя бы с коня снимать пришлось.
— Галопом я не умею. Не учил ты. Ох, уж лучше на своих двоих, чем так.
Аглаек ворча про то, что мол, и скакал бы тогда "на своих двоих", уступив коня желающему, ушёл в конюшню. Вместе с ним туда зашёл давешний мальчишка и появившийся взрослый мужчина, принявшиеся помогать с животными. Друзья же, переговариваясь, вошли в здание постоялого двора. Здесь их ждало небольшое, полутёмное помещение с грубой деревянной меблировкой, освещавшееся лишь из очага. Занято было лишь два из нескольких имевшихся столов с лавками, и путники удобно устроились поближе к очагу, где было светлее. За соседним столом гуляли обозники, охрана и отдельно за другим столом купцы.
— Господа. — Подошёл к ним мужчина средних лет с не по годам обильно покрытой сединой, бородой — есть курица, гуси — это из того, что можно зарезать, а если готовое, то мясная похлёбка с репой и рыбу можем быстро сделать, овсяная каша ещё осталась, ну или свинина — хозяин указал на изрядно обрезанную жарящуюся тушу.
— Сегодня вторник, но будь добр нам рыбу и кашу. А ещё нам нужно место для ночлега. Утром хотели бы уже убыть, потому хотелось бы, чтобы засветло был готов для нас завтрак. Яиц пожарьте, что ли.
— Можем ещё свинины оставить и погреть.
Элезар согласно кивнул.
— Могу предложить пиво или вина, мёда.
— Пива. Пару кувшинов.
— Чем будете платить?
— Пфеннингами.
— Тогда с вас 5 монет.
— Дорого получается. Мы и мясо-то почти не берём. Там в конюшне ещё один наш спутник спать будет, ему тогда каши и пива в счёт оплаты.
— Хорошо, господа. Согласен. Вашего спутника тоже накормят.
Элезар отсчитал монеты. Немедленно на столе возникло пиво и кружки. Гости, не чинясь, разлили пенный напиток и сделали по глотку.
— Эх, жить, как говорится, хорошо, а хорошо жить ещё лучше! — вспомнил известную цитату Александр.
— Что ты сказал?
— Я говорю, что с дороги самое то, что нужно. На удивление неплохое пиво здесь варят, и голова никогда не болит. Некрепкое. Наподобие кваса.
— Квас же крепкий! У нас ободриты его варят. На праздники пьют. Голова потом как раз раскалывается от него.
— Ну не знаю, может то другой какой квас. У нас на Руси это хлебный напиток наподобие пива, но не такой крепкий.
— Всё у вас там неправильно. Наоборот же должно быть.
Друзья ещё немного поспорили о национальных традициях, пока им не принесли рыбу и кашу. Речная рыбёшка неизвестного Александру вида была так хорошо прожарена, что даже мелкие косточки не приходилось выбирать, и можно было аккуратно хрустеть ими. Получилось очень вкусно. Второй кувшин пива незаметно закончился, но заказывать третий друзья, памятуя, что утром предстоит дальняя дорога, не стали и отправились спать в соседнее помещение. Кроватей и перегородок здесь не было. Всё пространство было застелено довольно удобными тюфяками, но получалось, что гости спят чуть не вповалку. Привередничать, однако, никто не стал, и путники легли спать. А через некоторое время к ним присоединились и остальные гости постоялого двора, наполнив помещение столь мощным пьяным храпом, что Александр, поворочавшись, не выдержал. Встал и отправился помолиться в одиночестве.
Для этого он выбрал себе одну из лавок в углу помещения, где они принимали пищу. Там же он незаметно для себя и уснул в итоге, опершись на стол.
Утром к ломоте мышц от верховой езды, прибавилась боль суставов от сна в неудобной позе на жёсткой лавке. Поэтому выспавшегося и отвратительно жизнерадостно улыбающегося Элезара Александр встретил хмуро и кряхтя, словно старик. После умывания во дворе у колодца настроение немного поднялось, а когда им принесли свинину и множество мелких куриных яиц с ярким, почти красным желтком, да ещё и горячего напитка, похожего на сбитень, то жизнь окончательно заиграла яркими красками.
— Господа на праздник Живы не останутся? — поинтересовался мужчина, занимавшийся вчера их лошадьми и оказавшийся рабом хозяина заведения.
— А что за праздник?
— Ну как же, у нас сегодня соберутся гости со всех окрестных мест. Будет и в храме торжество, и в священных рощах, а народ будет праздновать и веселиться, принося богатые дары и готовясь к тому, что бы богиня даровала нам обильный урожай. Вот и все купцы предпочли задержаться в городе.
— Ну, нет, мы, пожалуй, поспешим в дорогу — улыбнулся Элезар. — Праздники — это хорошо, но уж очень неблизкий путь нам предстоит.