― Можно даже сказать, что они больше нас заинтересованы в успехе нашего предприятия.
― Смотря как на это посмотреть.
Раввин снова потер подбородок.
― Знаешь, я еще с детства привык думать о высших существах как о демонах и ангелах. Мне трудно представить, как создания из плоти и крови могут обладать сверхспособностями.
Он искоса взглянул на Джона Дэниэлса. Тот улыбнулся.
― Продолжай, Самуэль, не стесняйся. Спроси меня,
Раввин покраснел. Джон смотрел на него дружелюбно.
― Я такой же человек, как и ты. Да, у меня есть дополнительные способности. Но на самом деле не факт, что они действительно принадлежат мне. Быть может, я всего лишь работаю как пассивный передатчик сил, идущих извне.
― А этот диббук[21]... Этот призрак...
― Алессия не призрак. Это настоящая женщина. Просто она живет на другом уровне реальности.
― Ты настолько привык к чудесам, что считаешь их обычным делом?
Джон пожал плечами.
― Если чудеса случаются, значит, в этом нет ничего необычного. Сейчас электричество, например, стало необычной вещью. Но это же вовсе не чудо. Кстати, а ты не задумывался о том, откуда в этом городе электричество?
― Конечно, задумывался. И я даже знаю ответ. У них есть большая комната, прямо у нас под ногами, в которой несколько десятков рабов безостановочно крутят педали закрепленных на полу велосипедов. Их непрерывная работа и вырабатывает то маленькое количество электроэнергии, которым пользуются король и его подданные.
― Вот видишь. Это тоже вовсе не чудо. Просто старая добрая способность людей бессовестно заставлять других оплачивать свои излишества.
Джон снова надел рюкзак и продолжил путь.
Вздохнув, раввин тоже поднял свое снаряжение, в том числе автоматы.
― Они не позволят тебе войти с ними, — сказал Дэниэлс, даже не обернувшись.
― Посмотрим. В любом случае, здесь я их не оставлю. Так я могу пойти с тобой?
― Знаешь, как говорится: дорога открыта для всех, кто хочет, тот и иди.
Они дошли до края платформы. За ней открывался темный туннель, который вел к огромной станции Дуомо.
Джон наклонился и погладил по руке старика, лежавшего на цементном полу, как будто в ожидании поезда, который должен был увезти его отсюда. Судя по его виду, жить ему оставалось совсем недолго. Его бросили здесь, на периферии поселения, как мешок мусора.
Старик прошептал что-то своим беззубым ртом и улыбнулся. Его глаза загорелись.
Джон осенил лоб умирающего крестным знамением и поднялся. Соскочил на рельсы и включил фонарик.
Слабо освещенный туннель открывался перед ними, как путь в неизвестность.
― Идем, — произнес он.
Старик повернул голову вслед. Он смотрел на красивую девушку, шедшую рядом с ними. Она была похожа на его жену, умершую двадцать лет назад. Перед тем, как исчезнуть, девушка ему улыбнулась.
Старик закрыл глаза.
В темноте галереи, всего в нескольких шагах от него, мыши ждали, когда он перестанет двигаться.
Когда чужаки покинули дворец, король мамбо сел за стол. Он взял в руки одну из красных пешек, повертел ее и поставил обратно карту. Опрокинул ударом ногтя. Проделал то же самое с остальными. Некоторые пешки скатились со стола, другие остались лежать на карте.
― О чем ты думаешь? — тихо спросил его Маркос.
― Я думаю об этой бомбе.
― Я думаю, что это приобретение отлично дополнило бы наш арсенал. Как и бронежилеты, автоматы и боеприпасы. Кроме того, я думаю, что после победы над Сынами Гнева мы могли бы немного пересмотреть условия соглашения с нашими союзниками...
― После победы над Сынами Гнева? Ты правда думаешь, что это возможно?
― Еще час назад я бы ответил тебе отрицательно. А теперь отвечу: «не исключено». Ты видел, на что способен этот священник. Если то, что он говорит, — правда, если он действительно пришел в Милан пешком, я могу поверить во все, что угодно. Думаю, что будущее заключает в себе неограниченное число возможностей.
― Вот и прекрасно. Только можно я попрошу тебя кое о чем, папа?
― Смотря о чем.
― Когда мы пересмотрим наше соглашение... Отдашь мне того придурка по имени Вагант?
― Если хочешь. Считай его моим рождественским подарком в этом году.
Хищная улыбка Маркоса Васкеса никак не отразилась в его жестоких злых глазах. Они были похожи на два холодных камня.
Пройдя последний блокпост через сто метров после маленькой станции Кайроли, на которой не было почти никого, кроме людей в форме, они попали в совершенно неосвещенное пространство. Охранники, которых, видимо, каким-то образом предупредили о появлении путников, снабдили их картой минного поля, которое начиналось сразу за последним заграждением. Идя по отрезку, освещенному светом последней лампы, Джон и раввин чувствовали на себе взгляды.
Дэниэлс был поражен увиденным на станции.
