- Цвет не такой, как у вас. – Волосы Дэниела Вартаняна были цвета пшеницы и такой толщины, что между них, наверное, застревали пальцы. Он внимательно слушал, но его губы дрогнули. Алекс покраснела. – Извините.
- Все в порядке, - с улыбкой произнес Дэниел. Хотя он до сих пор внимательно разглядывал Алекс, в его поведении что-то изменилось, и она в первый раз почувствовала небольшую надежду.
- Жертва была блондинкой, агент Вартанян?
- Нет. У вашей сводной сестры были какие-нибудь отличительные приметы?
- Татуировка на щиколотке. Овечка.
Он выглядел удивленным.
- Овечка?
Алекс снова покраснела.
- Точнее, барашек. Ну, такая семейная шутка между Бейли, мной и моей сестрой. У нас у всех были… - Она прервалась на полуслове. Может, не стоит рассказывать о подобных глупостях?
Взгляд Вартаняна на секунду вспыхнул.
- Ваша сестра?
- Да. – Алекс бросила взгляд на стол Дэниеля и увидела сегодняшний выпуск «Dutton Review». И она вдруг поняла, почему ее приход вызвал такую странную реакцию. Но вот что делать, радоваться или сердиться, Алекс не знала. – Газету вы уже читали, поэтому знаете о схожести этого убийства и убийства моей сестры. - Дэниел ничего не ответил, и Алекс решила, что он рассердился. – Пожалуйста, агент Вартанян, у меня сил нет, и я очень боюсь за Бейли. Не играйте со мной в прятки.
- Извините, мисс Фаллон. Я не хотел создавать впечатление, что играю с вами в прятки. Расскажите мне о своей сестре. Как ее звали?
Алекс прикусила щеку.
- Алисия Трейман. О, господи, вы, наверное, видели ее фотографию, потому что смотрели на меня, как на приведение.
Его взгляд снова вспыхнул, и на сей раз сердито. Он подчеркнуто спокойно произнес:
- Поразительное сходство.
- Если учитывать, что мы однояйцевые близнецы, то ничего удивительного. – Алекс постаралась придать своему голосу равнодушный тон, но это стоило ей усилий. – Агент Вартанян, погибшая – Бейли или нет?
Он так долго вертел ручку в руках, что Алекс захотелось вскочить и отобрать ее. В конце концов, Дэниел заговорил.
- Она не блондинка, и татуировки у нее нет.
От облегчения у Алекс закружилась голова, на глаза навернулись слезы. Но ей удалось взять себя в руки и контролировать дыхание. Она подняла взгляд:
- Тогда это не Бейли.
- Татуировку можно свести.
- Но в этом случае останется рубец. Ваш патологоанатом должен проверить.
- Я прослежу, чтобы он это сделал. – Его интонации подсказали Алекс, что допрос окончен, и он сообщит ей, если узнает что-то новое. Но она не могла ждать.
Она чуть вскинула подбородок:
- Я хочу ее видеть. Я имею в виду, жертву. Я должна знать. У Бейли есть ребенок, и Хоуп тоже имеет право это знать. Она должна знать, что мама бросила ее не просто так. – Алекс считала, что Хоуп и так слишком много знает, но она не желала водить полицию за нос.
Вартанян покачал головой, но в его взгляде читалось сочувствие.
- Вам лучше этого не видеть. Труп в плохом состоянии. А лицо разбито до неузнаваемости.
- Я медсестра, агент Вартанян. Трупы я видела. Если это Бейли, я узнаю. Пожалуйста.
Дэниел заколебался, но, в конце концов, кивнул.
- Ладно. Я позвоню патологоанатому. Она хотела начинать в десять, но нам, наверное, удастся перехватить ее до вскрытия.
- Спасибо.
- Пожалуйста, проходите. – Доктор Фелисити Берг отошла в сторону и пропустила Алекс в предбанник зала для вскрытия. Дэниел последовал за ней. – Вы можете сесть, если хотите.
Дэниел увидел, что Алекс огляделась, и ей в глаза бросился занавес, закрывавший огромное окно.
- Спасибо, я лучше постою. Где она?
А она крутая, эта Алекс Фаллон. И очень сильно заставила его удивиться. Только эта мысль пришла Дэниелу в голову, как он заметил, что она за ним наблюдает. Хорошо, что он не улыбался. Когда она сказала, что он будто приведение увидел, его, как обухом по голове ударило. Его сердце все еще колотилось, и он ничего не мог с этим поделать.
При ближайшем рассмотрении, естественно, видны отличия от улыбающейся сестры-подростка. На тринадцать лет старше, но не только это. Глаза цвета виски, как и у сестры, а выражение отличалось. В глазах девушки на фото читалась радость. В глазах же Алекс не видно даже намека на смех.
Возможно, и в ее глазах мелькала когда-то плутовская искорка. Но тринадцать лет назад эта женщина пережила ужас, поэтому сейчас она холодная и сдержанная.
Когда Алекс говорила, в ее голосе слышались разные чувства, страх, злость, облегчение, но она очень быстро брала себя в руки. О чем она сейчас думает?
- Я проверю, - сказала Фелисити и закрыла за собой дверь.
Они остались одни.
Алекс спокойно стояла возле занавешенного окна. Руки свисали вдоль туловища, кулаки сжаты. Дэниелу пришлось бороться с желанием коснуться этих пальчиков.
Она очень красивая. Наконец-то, он смог разглядеть Алекс, не чувствуя на себе ее взгляд. Ее глаза выбивали его из колеи, в них бездна чувств. Ее пухлые губы редко улыбались. Изящную фигуру подчеркивает красивый четный костюм. Волосы цвета темной карамели, как и у сестры, широкой, блестящей волной падали на спину.
