— Покажу деревню, она небольшая, тут раньше была свиноферма, но ее давно закрыли. А так остались небольшие пахотные поля, да еще выращивают кукурузу на комбикорм. Знаешь, в этом есть плюс. Все друг друга знают, но есть и минус: ничто не скроешь, все видят.
— Глазастые.
— Точно. Ладно, кончай болтать. Все, я тебя жду во дворе.
Ира выскочила из комнаты и быстро побежала по ступенькам вниз. Настя присела на кровать, та вроде была мягкой и даже не скрипела. Она попрыгала на ней и, довольная результатом, достала вещи из маленького чемодана.
— Можно? — в дверь постучали.
Настя только еще проснулась, непривычно спать на новом месте, то скрип досок, то сверчки, то птицы под утро, да еще этот запах дыма. Она вечером долго лежала и не могла уснуть. Думала о Юре, как он там один, что делает? Вспоминала его руки и тот странный секс в ее классе. Что она хотела от него получить? Сама не знала, просто захотела и не смогла удержаться. Тут Настя вспомнила Сережку, все еще злилась на него. Каждый раз, когда видела его в доме, напрягалась, ожидая очередного подвоха. Но он вел себя нормально, как и всегда, словно это не он задирал подол ее юбки.
— Что надо? — по голосу Настя сразу узнала Сережку, посмотрела на защелку, дверь была закрытой.
— Ирка зовет, она пошла в огород.
— А уже сколько времени?
Настя завертела головой в поисках телефона, но вспомнила, что отключила звонок и убрала его подальше в комод, чтобы не отвлекаться.
— Десять или около этого.
— Десять? — Настя была явно удивлена, что так поздно.
— Я тебе принес ягод, хочешь?
— Хочу, но уйди! — приказала она ему.
— Хорошо, оставлю на тумбочке. Я пошел.
Он стал спускаться по лестнице. Настя прислушалась. Может он и не ушел, но когда услышала, как хлопнула дверь, а после его крик во дворе, девушка расслабилась.
— Фух… — выдохнула она и, соскочив, быстро отрыла дверь. На тумбочке стояла тарелка с клубникой. — Спасибо.
Она взяла тарелку и, закрыв за собой дверь, села обратно на кровать. В магазинах продается клубника, но она не пахнет, травяной вкус.
— Мммм… — промычала от удовольствия Настя и быстро все скушала. — Ну вот, лето началось, пора вставать и умываться.
Не спеша она привела себя в порядок, заправила постель, умылась, причесалась и только после этого вышла во двор.
— А где Ира? — увидев Сережку под тенью козырька сарая, спросила Настя.
— Ирка! — загорланил он, и тут же из огорода донесся ее голос.
— Что надо?
— Принцесса встала! — сказал он. — Ирка тебя уже потеряла, хотела еще в восемь утра поднять, это я ей не дал.
— Врешь?
— Нет, хотела пойти на речку купаться, но кто же в такую рань идет, вода ведь холоднющая. В общем, спас тебя от простуды. Можешь сказать спасибо.
— А не пошел бы ты подальше со своим спасибо.
— Злишься?
— А ты как думаешь? Ты отвратительный мужлан, нахал, противный развратник. Будь моя воля, я бы тебя прибила.
— А я помогу, — донесся голос Иры из-за забора. — А за что хочешь его прибыть? — открылась калитка, и она подошла к своему брату. — Что натворил? В лоб хочешь? Сказала же, аккуратно разбудить, а не орать под ухо. Ладно, потом отпинаем, идем, — Ира взяла Настю под ручку и повела в огород.
— Куда идем?
— Сорняки дергать.
— Что? — она скривилась и посмотрела на свои ухоженные пальчики. — Я на это не подписывалась.
— Идем-идем, а ты, — она повернулась к брату и указала рукой на ведро. — Натаскай воды в дом, и полную бочку. Понял?
— Да натаскаю, натаскаю.
Девушки скрылись за калиткой и ушли вглубь немаленького сада.
— Ух ты, — Настя была явно удивлена.
— Эти деревья еще мой дедушка садил. Тут даже груша есть, но они кислые, но успевают поспеть, а вот яблоки осенью очень хорошие. Идем, вон там крыжовник, тут малина, там горох и бобы, а здесь смородина. За ограду не ходи, там в стороне стоят улья с пчелами, не очень любят городских, все жужжат и жужжат.
Настя, как в сказке, шла через заколдованный сад. То потрогает какой-то цветочек, то присядет и начнет срывать ягоды, то, увидев бабочку, станет ее рассматривать.
— Ты завтракать хочешь? — не выдержав, спросила Ира.
— Даже не знаю.
— А я хочу. Идем.
Пройдя еще несколько метров, они вышли на маленькую полянку.
— Тут раньше садили картошку, но ее и так много растет там, — она показала рукой куда-то в сторону. — Садись, принесла тебе и себе.
Маленький столик, что, наверное, раньше стоял на кухне, теперь украшал собой полянку. На нем стояло два стакана с молоком, баночка меда, несколько булочек и пряников.
— Бабушка хотела еще суп сварить, но я так понимаю, ты его по утрам не ешь.
— Нет, не ем, — тут же сказала Настя и, сев на скрипучий стул, сделала глоток молока.
Настя не любила молоко, поскольку то, что продавалось в городе, даже назвать молоком нельзя. Однажды ее папа провел эксперимент. Купил пять упаковок молока и разлил по стаканам.
— Посмотрим, что получится, — сказал он и попросил ее не пить.
— А что получится? — поинтересовалась она.
— Узнаешь, что нам продают.
