Ван Шэн пожал плечами. То, что Чень Сюаньжень решил приютить сироту — не удивляло, однако как он собирается отучить привыкшую воровать от её дурных привычек? Впрочем, Шэн не особенно задумывался над этим, давно заметив, что всё, связанное с Ченем Сюанженем, не имеет обыкновения становиться проблемой. Чем дальше они ехали, тем больше Ван Шэн думал о предстоящей свадьбе и тем меньше вспоминал о маленькой воровке в их повозке.
Младшая дочь выходит замуж, ее сестра следует в свите.
Хромая может ходить. И кривой может видеть.
Отложить срок замужества младшей дочери;
она не спешит выйти замуж, ждет лучшего шанса.
Император И выдает замуж младшую дочь,
одежда его супруги уступает красоте одежды его дочери.
Замужество в день полнолуния предвещает счастье.
Из-за ночного приключения Сюаньженя и учиненного им дебоша в поместье Фей Ян они вернулись в Чанъань раньше предписанного командировочным удостоверением на два дня. Ван Шэн спросил Сюаньженя стоит ли им идти на службу сразу по приезде и сдать отчёт о случившемся Сю Баню, предоставив ему самому разбираться с Сунем Цзуном и Ду Цишанем, или стоит накляузничать на мерзавцев канцлеру Юаню Цаньяо? Или же разобраться с сукиными детьми самим? Сюаньжень ответил, что воровство Ду Цишаня превратило жизнь жителей Суяна в череду бед. Этого нельзя прощать. А предательство Суня Цзуна могло бы превратить в череду бед их собственную жизнь, но так как ничего страшного с ними не случилось, можно ограничиться внушением.
— Хорошо, тогда я завтрашний день посвящу сватовству, а послезавтра пойдем на службу и сдадим отчёт. А ты чем планируешь заняться?
Сюаньжень уклончиво ответил, что у него есть кое-какие дела.
Когда Ван Шэн вернулся вечером от Лу Юншэнь уже счастливым женихом, он обнаружил Сюаньженя в бане, причем оттуда раздавались странные визги и лай. Ван Шэн нисколько не обеспокоился этим, начав сервировать ужин в беседке над озером, однако тут услышал повизгивания из спальни Сюаньженя. Это снова не заставило его заволноваться, тем более что скоро в беседке появился сам Сюаньжень.
— Ну и как сватовство? — задумчиво осведомился он у Шэна, наливая себе вина.
— Надо выбрать счастливый день и можно сыграть свадьбу. При этом у моей невесты нет родных, у меня здесь — тоже, можно ограничиться скромной церемонией в ямыне.
— Это можно сделать вдвое дешевле.
— В смысле?
— Если сыграть две свадьбы разом, расходы уменьшатся.
— Не понял тебя…
Сюаньжень пожал плечами.
— Не помню, я говорил тебе, что не чувствую никаких запахов от себя самого? И оттого иногда не понимаю своих чувств. Но, наверное, я тебе позавидовал? Или нет? Наверное, я тосковал. Да, я подумал, что когда ты женишься, придя со службы, ты будешь проводить время с красавицей Юншэнь, и мы не будем больше ужинать вместе, не будем смотреть на звёзды, пить вино и сочинять стихи. Тоскливо…
— Но почему? Я могу… Мы все вместе можем…
— Искусство внутренних покоев третьего не терпит, и потому… я тоже решил жениться. Почему у тебя есть красавица, а у меня нет? Так что сыграем две свадьбы разом.
— Но на ком ты собрался жениться?
— На Сюли.
Ван Шэн молча поднял глаза на Сюаньженя.
— На Ли Сюли?
Он никак не мог назвать Сюли красавицей, не говоря уже о том, что лет девчонке было едва ли десять или двенадцать.
— Почему нет? Сюли! Принеси нам чаю!
Вечерний теплый воздух покачнулся, и Ван Шену неожиданно показалось, что он напоен не только ароматами цветов и трав, но и пение цикад тоже заполняет его, отягощает и напитывает сладостью вина из розовых лепестков. В беседку вплыла девушка удивительной красоты, закутанная в розовый шёлковый халат, яшмовые заколки в гладких волосах тихо позвякивали при каждом её движении, а поднос с дымящимся чайником окружал её лик незримым благоуханием цветов магнолии и лимонной цедры.
Девица поставила чайник на стол и исчезла. Ван Шэн оторопело покачал головой.
— Это… как? Как она стала такой?
Сюаньжень пожал плечами.
— Купил ей десяток платьев и ящик безделушек, отмыл в чане, еле расчесал колтуны в волосах, вот и всё.
— Но сколько ей лет? Не рано ли ей замуж?
— Говорит, что родилась в год красной огненной Лошади, и ей четырнадцать, — в голосе Сюаньженя проступили насмешка и сарказм.
— Ты ей не веришь?
— Ну, в этой жизни ей может и впрямь четырнадцать. Но вообще… Ты же сам понимаешь, я не могу жениться на обычной девице: я просто вытяну из неё все силы за считанные дни.
— Что?
— Я — хулицзин и могу жениться только на женщине с лисьей родословной.
— Так Сюли — лиса?
Сюаньжень усмехнулся.
— Ты что, забыл, где мы её нашли? Два и два сложить не можешь?
— Где нашли её? В Суяне. Что? — глаза Ван Шэна округлились. — Так она что — Суянская лиса? Та самая?