Так что я свернула на дорогу к Гатлинбургу, надеясь, что почувствую себя ближе к ней, если повторю все те вещи, о которых она мне рассказывала. Надеялась, что это может… неким образом вдохновить меня. Но как оказалось, Долливуд закрылся в первую неделю ноября, и у меня не было подходящей одежды и обуви, чтобы погулять в национальном парке Смоки-Маунтинс. Так что, в конце концов, я по большей части пролежала в постели четыре дня, смотрела телевизор, пару раз за завтраком потратилась в блинной и прокатилась на колесе обозрения, любуясь видом на горы в одной из абсолютно стеклянных гондол. Моя мама не упоминала об этом аттракционе, но я хотела чем-нибудь заняться. Когда я наконец почувствовала, что готова ехать после того, как потратила несколько сотен долларов, что не могла себе позволить, да еще и на плохую вечеринку, которая лишь ещё больше испортила мне настроение, клерк предложил мне поехать по дальним дорогам и насладиться последними днями осеннего листопада.
Что привело меня сюда.
Солнце сядет через несколько часов, и мне нужно принять решение. Продолжу ли я ждать, когда кто-либо остановится? Или начну идти? Я понятия не имела, как далеко мне придется топать, не говоря уже о том, что будет самоубийством идти по ветреной, узкой двухполосной дороге посреди ночи.
Я жалела, что не взяла ту бумажную карту, которую предлагал мне клерк.
Покинув машину, я примостилась на валуне на краю смотровой площадки, положила подбородок на колени и принялась любоваться видом. Холод камня проникал сквозь джинсы, но вид действительно был красивым. Яркие оттенки желтого, оранжевого и красного, которыми славилась листва горных деревьев, начали бледнеть, а листья опадать, но вид все равно захватывал дух, отчего я уже не так сильно жалела, что остановилась, чтобы полюбоваться.
Задумавшись, я не услышала, как подъехала машина, так что испугалась, когда услышала мужской голос.
― У вас сломалась машина?
С колотящимся сердцем, я повернула лицо. Как я могла быть такой неосторожной?
Вскочив на ноги, приняла защитную стойку, что было крайне нелепо. Я стояла на краю уступа. Нужен был лишь сильный толчок, и я бы свалилась оттуда. Мужчина определенно выглядел достаточно сильным, чтобы суметь это сделать.
Я вскарабкалась по камням на тропинку, оценивая его взглядом, будто готова была вступить с ним в драку.
Я предположила, что ему тридцать с небольшим лет, и он выглядел так, будто привык к физическому труду. Старый красный эвакуатор позади него лишь помог подтвердить мое предположение. Мужчина обладал суровой красотой и длинными каштановыми волосами, плюс, соответствующего цвета глазами, и был одет в коричневую рабочую куртку, темную футболку, грязные джинсы и рабочие ботинки. Что-то в том, как он вел себя ― уверенно и даже самоуверенно ― заставило меня насторожиться. А еще пробудило во мне что-то, чувство, которое я не испытывала давным-давно.
Не сейчас, Карли.
Я не сразу поняла, что не ответила ему.
― Да.
― Вы знаете, что сломалось? ― спросил он, глядя вниз на все еще открытый двигатель.
― Машина не заводится, ― ответила я.
Подошла к авто и старалась избегать зрительного контакта. Я надеялась, что мои проснувшиеся чувства снова уснут.
― Издает тарахтение, когда я поворачиваю ключ.
― Вы кого-нибудь вызвали?
У меня перехватило дыхание. Я ничего не знала об этом мужчине. Он мог интересоваться, не будет ли свидетелей моего похищения. Или возможно он был психопатом, который охотится на женщин в одиночку. Зачем я оставила пистолет в машине?
Безответственная. Я не допущу этой ошибки снова. Мне нужно было быть настороже еще больше, ведь очевидно, что меня тянуло к нему. Лишь то, что парень выглядит симпатичным, не значит, что ему можно доверять. На самом деле, скорее, наоборот.
Почувствовав мою настороженность, он поднял руки.
― Я лишь хочу знать, нужна ли вам помощь. Если нет, я продолжу путь.
Когда я все не ответила, он сказал:
― Хотите, я посмотрю, что там? Может, смогу починить. Может, это лёгкая поломка.
Он показал на свой эвакуатор.
― Я знаю, что делаю, и не стану брать с вас денег за осмотр.
― Да… хорошо.
У меня снова ускорился пульс. Моя сумочка лежала на пассажирском сидении, пистолет был внутри. Что, если он найдет мой пистолет и использует его против меня?
Он проследил за моим взглядом до переднего сидения и сделал шаг назад.
― Я лишь хочу проверить двигатель, но, если вы хотите, чтобы я вызвал кого-то другого, я понимаю.
Я пробыла здесь больше часа и теперь, когда встала с валуна, поняла, как окоченела и замерзла. Он первый, кто остановился, не говоря уже о том, что он водит эвакуатор, Бога ради. Он буквально был тем, кто мне нужен ― прямым ответом на непроизнесенную мной молитву.
― Нет, ― наконец ответила я, проведя рукой по волосам.
Пару недель назад я коротко постригла их, сделав удлиненное каре, которое невозможно собрать в хвост, и все еще не привыкла к их длине. Как и к рыжему цвету. Смотрясь в зеркало, я иногда с трудом узнавала себя.
Я пыталась скрыть беспокойство за напряжённой улыбкой, опуская руку.
― Простите, просто я немного на нервах.
