Ровно в одиннадцать часов в эфир вышел диктор и зачитал главные национальные новости. Последние изменения в конгрессе и что-то о том, что сделал президент, что все восприняли в штыки. Я пропустила мимо ушей большую часть его речи, пока не услышала, как диктор упомянул мое имя. Кэролайн Блейкли, а не КарлиМур.
Я резко втянула воздух и повернулась лицом к радио, надеясь, что не прослушала что-нибудь важное.
— …считается пропавшей с августа. Кэролайн последний раз видели в вечер перед ее свадьбой с Джейком Вудом, сыном Роджера Вуда, генерального директора «Вуд Текнолоджиз». У полиции мало зацепок по этому делу, так что нефтяной магнат и по совместительству жених Кэролайн провел пресс-конференцию, где объявил о награде за ее возвращение.
Затем они включили аудиозапись с конференции.
— Кэролайн, если ты слышишь меня, — произнес мой отец сильным, чистым голосом, — я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть тебя домой. Я найду тебя. Боже помоги людям, которые встанут у меня на пути.
Когда я услышала его голос, это было словно удар в живот. Сердце бешено заколотилось в груди, и мне пришлось сжать руки в кулаки, чтобы скрыть, что они дрожат. Большинство людей восприняли бы его слова, как слова любящего отца, который сходит с ума от беспокойства, ведь его дочь пропала. А я слышала мужчину, который только что послал неприкрытую угрозу.
Я слышала в голове голос своего отца, говорившего Джейку:
— Тебе не придется долго быть женатым. Мы может устроить несчастный случай, такой, какой произошел с ее матерью.
Я попыталась прогнать эти воспоминания, засунуть их поглубже, они были способны уничтожить меня. Беспомощность впивалась когтями в мое горло. Я знала, что он совершил, но ничего не могла сделать, чтобы заставить его заплатить. В его распоряжении находились все мыслимые и немыслимые ресурсы, а я была лишь учительницей начальных классов в бегах.
— Кто бы не похитил мою невесту…, — сказал Джейк, затем его голос надломился, — мы просто хотим вернуть ее назад. Пожалуйста.
Я почти поверила ему. Поверила бы, если бы не слышала, как он умолял моего отца выполнить «свое обещание».
— Мы предлагаем награду в пятьсот тысяч долларов, — сказал мой отец. — Посылайте все зацепки на «bringcarolinehome.com» или по этому номеру.
Он продиктовал номер. Я застыла на сидении, пытаясь не выйти из себя и не дать Вайатту понять, что что-то не так.
Вернулся голос диктора.
— Кэролайн тридцать один год, ее описание: рост 5 футов 4 дюйма, вес сто двадцать пять фунтов. У нее длинные светлые волосы, голубые глаза и красное родимое пятно шириной в дюйм внизу на животе слева. На нашем сайте есть ее фото, а также номер горячей линии.
— Не знаю насчет тебя, — произнесла ведущая, — но мне бы эти полмиллиона точно бы пригодились. Владея «Блейкли Ойл», знаешь ли, РэндаллБлейкли не обеднеет.
— Я услышал тебя, Джейн, — сказал мужчина диктор. — Я может и сам отправлюсь ее искать.
Ведущие перешли к обсуждению предстоящей церемонии зажигания рождественской елки в Джонсон Сити, а меня все еще захлестывала паника. Будут ли мои друзья в Арканзасе в безопасности? Я не скрывала своей внешности, пока находилась в Генриетте, и уехала из страха, что мой отец у меня на хвосте. Что насчет Остина, моего друга из Далласа, у которого я скрывалась первые два дня? Он зашел так далеко, что дал мне для побега старую машину своей матери. В последний раз, как я проверяла, люди моего отца с ним даже не связывались, но что, если «любимый папочка» начнет глубже анализировать круг моего общения? Судя по тому, что я узнала вечером в день моего предсвадебного обеда, у него были для этого все ресурсы — не только деньги, но знакомые в криминальных кругах, которые нарушали закон и выходили сухими из воды еще до моего рождения.
Что мой отец сделает с ним?
Мне нужно позвонить Остину.
Чисто инстинктивно, я достала из кармана телефон и посмотрела на экран. Нет сигнала. Я отправила Рут смс и сказала, что меня подвезут до Драма, но до меня дошло, что я даже не смогу прочитать ее ответ, если она ответила, пока не вернусь в Гринвилль утром.
— У тебя здесь ловит? — спросила я Вайатта.
— Нет. Подумываешь позвонить на горячую линию?
Так он слушал. Я тотально облажалась. Вероятно, он гадал, почему я так заинтересовалась той новостью.
— Быть может, — уклонилась я. — Мне кажется, я видела ее в Гатлинбурге.
— Гатлинбурге, да? — спросил он, слегка заерзав на сидении, но не отрывая взгляда от дороги. — Я думал, ты из Джорджии.
Я ему это говорила? Я этого не помнила, но может быть он предположил это, увидев мои номера Джорджии. Все же, я сочиняла слишком много историй, и мне было сложно уследить за ними всеми.
— Я живу в Атланте, но пару дней провела в Гатлинбурге.
— И тебе кажется, что ты видела там эту Кэролайн Блейкли? — спросил он с сомнением.
— Эй, — сказала я, — почему нет? Чего только не бывает.
— Ты была там одна? — спросил он.
Супер, мы вернулись к игре в миллион вопросов.
— Какое это имеет отношение к тому, видела я ее или нет?
— Если ты была не одна, они могут захотеть, чтобы ты поделилась деньгами, — лениво протянул он.
