Он кивнул, по-прежнему опустив голову и разглядывая лицо внука. Примерно через полминуты или около того, он глубоко втянул воздух и выпрямил спину. Завозился с простыней, чтобы отодвинуть ее дальше.
Я потянулась мимо него и взялась за край.
— Вы уверены?
Он оттолкнул мою руку и отдернул простынь сам, обнажая голую грудь Сета. На его бледной коже виднелся жестокий Y-образный разрез, а по обе стороны от него — два покрасневших отверстия.
Хэнк замер, а затем положил ладонь на стол, сотрясаясь всем телом уже от гнева, а не от горя.
— Я просил этого парня оставить все, как есть. Я говорил ему, что его убьют.
Я не ответила, лишь молча стояла рядом с ним, предлагая поддержку, как могла.
Он снова потянул за простынь. Поначалу я подумала, что он пытается полностью открыть тело Сета, но вместо этого, он высвободил левую руку Сета и попытался взять ее в руки.
Я взяла Сета за холодную руку, ожидая, что она будет окоченевшей, но она согнулась достаточно, чтобы мне удалось помочь Хэнку взять ее в руки. Мои пальцы наткнулись на что-то грубое. Перевернув руку Сета, я ахнула, увидев почерневшую рану в центре его ладони.
— Ее не было, когда я видела его в последний раз, — прошептала я.
Хэнк резко перевел взгляд на меня.
— Ты уверена?
Я кивнула.
— Тут были написаны цифры.
Я повторила их про себя: 5346823.
Он округлил глаза. А затем начал шептать.
— Ш-ш-ш.
С колотящимся сердцем, я кивнула.
Хэнк взял Сета за руку и опустил взгляд на прямоугольную рану с грубыми краями.
— Я хочу сделать фото, — прошептала я. — Если это сделали, чтобы сокрыть улики, нам нужно доказать, что это здесь было.
— Да, — устало сказал он. Я увидела, что его нога дрожит.
Выхватив телефон из кармана, я сделала фотографии с нескольких ракурсов, надеясь, что они получились хорошими. Фотокамера на моем одноразовом телефоне снимала не в очень высоком качестве, и фотографии получились немного зернистыми. Все же, это лучше, чем ничего. Как раз тогда, когда я убрала терефон в карман, задергалась ручка двери, и я подпрыгнула.
— Дуайт? — донесся из коридора голос Мобли. — Что там происходит?
Дверь затряслась в раме, когда он снова попытался ее открыть.
Хэнк наклонился вперед, подняв руку Сета, и поцеловал ее.
— Покойся с миром, мальчик. Ты молодец.
Дверь затряслась от попыток Мобли войти в комнату.
Хэнк тяжело вздохнул.
— Помоги мне сесть в то кресло, девочка, и отвези меня домой.
В коридоре послышался звон ключей, и я поняла, что у нас есть лишь несколько секунд.
— Да, сэр.
Я вернула руку Сета в то же положение, в которой она находилась, и накрыла его простыней до подбородка. Разблокировав колеса инвалидной коляски, я подкатила ее к Хэнку. Я помогала ему опуститься на сидение, когда дверь распахнулась.
Хэнк приземлился на сидение с тяжелым стуком и поморщился от боли.
— Что здесь происходит? — спросил Мобли, округлив глаза. — Почему дверь была заперта? Где Дуайт?
Я взялась за ручки коляски и развернула Хэнка лицом к директору похоронного бюро, стоящего посередине порога. Был ли он в этом замешан? Потому как после смерти Сета кто-то выжег числа с его руки. Это был Дуайт?
Мобли посмотрел на мое лицо.
— Что такое?
— Мы прогнали прочь вашего сотрудника, — сказал Хэнк. — Он вел себя грубо и неуважительно.
Хэнк поднял руку и похлопал по моей ладони на ручке инвалидной коляски.
— Я хотел спокойно попрощаться со своим внуком. Когда он захлопнул за собой дверь, должно быть, запер ее.
Мобли нахмурился.
— Простите. Дуайт работает у нас недавно, нам несколько раз сообщали о его неподобающем поведении. Уверяю вас, он за это ответит.
— Спасибо, — ответил Хэнк, устало опустив плечи. — Я благодарен, что вы позволили мне увидеться с внуком, Мобли.
— Конечно, — доброжелательно произнес Мобли, присел на корточки перед Хэнком и взял его за руку. — И не переживайте, что вам придется иметь дело с Дуайтом, когда будете организовывать похороны и прочее. Он не появится.
Мобли собирался уволить его из-за нас?
— Мне все еще нужно выбрать для Сета гроб, — сказал Хэнк надломившимся голосом.
— Я не говорил вам? — спросил Мобли с теплой улыбкой. — ВайаттДраммонд об этом позаботился.
Он поморщился.
— Конечно, вы можете распорядиться иначе, но после Барб и проблем с деньгами…
От шока у меня отвисла челюсть. Вайатт заплатил за похороны Сета? Это было весьма неожиданно с его стороны.
Хэнк лишь глядел на него, пораженный новостями. Наконец, он, казалось, пришел в себя.
— Нет. Спасибо вам.
— Вайатт сказал, что вы захотите провести службу в методистской церкви Драма, а затем похоронить его на кладбище Драма. Также, как мы сделали с Барб.
Хэнк кивнул. Его глаза покраснели. Охрипшим голосом он ответил:
— Да.
— Мы планируем провести похороны в пятницу, прощание будет завтра вечером.
На глазах Хэнка выступили слезы.
— Мне придется ждать два дня, чтобы похоронить внука?
Он покачал головой.
— Нет. Давайте сделаем это завтра.
— Вайатт посчитал, что вы захотите пару дней прийти в себя.
Мобли стрельнул взглядом на то место, где должна была находиться правая нога Хэнка, и его лицо покраснело.
— Эм-м… прошло не так много времени, чтобы планировать прощание завтра.
