– Что значить поймите? Что значить поймите!? У меня было уже тысяча пациентов и что? Каждого прикажите мне понимать? А еще их дети, жены, мужья, родители, друзья… может мне всех и каждого прощать и понимать? Нет уж, извините, меня на всех не хватит. С сегодняшнего дня, Вам будет позволено находится здесь только в часы приема и с моего личного разрешения. Даю Вам полчаса, чтобы удалиться или я вызову охрану. – С этими словами доктор развернулся в сторону выхода, но Виктор с силой схватил его за руку, не дав уйти и тихим, гневным голосов ответил:
– Считайте, что Вы здесь больше не работаете. Более того, в этой стране Вы больше не сможете работать с людьми.
– Что Вы себе позволяете!? Да ты вообще сюда больше не попадешь, псих ненормальный! – Но Виктор его уже не слушал, выйдя из палаты, он уже шел по коридору в сторону лифта, достал из кармана пиджака телефон и совершил звонок.
– Анатолий, машину к больнице. – Коротко, продолжая злиться, отдал приказ Виктор.
– Здравствуйте, шеф! Так я Вас здесь и жду с того самого дня. Вы же приказали не отъезжать. – Покладистым голосом ответил водитель.
– Отлично. – И Виктор бросил трубку.
– Виктор Романович, извините, подождите! – Догоняя, пролепетала молоденькая, симпатичная медсестра. – Простите Глеба Валентиновича, сама не знаю, что с ним сегодня, обычно он не такой.
Не ответив на просьбу, Виктор задал вопрос.
– Вчера была Ваша коллега, Мария. Она сегодня не работает?
– Нет, сегодня я буду наблюдать за Вашим сыном, а она после суток, завтра будет.
– Это она меня пригласила в ординаторскую, а я сам и не заметил, как уснул. Приношу свои извинения. То есть, я не обвиняю ее, просто хочу объяснить, что я не без разрешения там оказался.
– Ну что Вы, мне-то совсем и не жалко, да и Глеб Валентинович не стал бы так грубить, я его давно знаю, видимо, у него что-то стряслось.
– Поверьте, не у него одного сегодня тяжелый день. К тому же он должен понимать, что работает в частной клинике и получает за свою работу мои деньги! – Сказал Виктор больше, чем хотел.
– Понимаю, но все же прошу Вас, не злитесь на него. Я знаю кто Вы, а он нет, вот он и…
– Это ничего не меняет. Здесь я обычный отец, у которого чуть не умер сын и я не хочу, чтобы кто-либо еще на моем месте мог ощутить подобный прием. А теперь простите, мне нужно домой, Вы же сами слышали, меня уже за бездомного принимают. Всего доброго.
Выйдя из больницы, не замечая ни прохожих людей, ни поющих птиц, что обычно радовали посетителей больницы, он быстрым шагом прошел мимо небольшого больничного сквера. Машина оказалась на том же месте, что и в день трагедии, когда Виктор сразу же и приехал узнать, что же произошло с его сыном. Личный водитель Анатолий уже ждал его с открытой задней дверью автомобиля.
– Я поеду спереди. – Поставил перед фактом хозяин машины.
Сев в свой автомобиль бизнес класса, Виктор невольно глянул на спидометр. Машина без него не проехала и километра. Еле заметно улыбнувшись, он похвалил про себя шофера и устало сказал: «Домой».
Был солнечный ноябрьский день. Виктор достал телефон, набрал номер.
– Алло. Геннадий Юрьевич, здравствуйте. – Поприветствовал Виктор юриста его бизнес империи и по сути являющегося его «правой рукой». Нужно сказать, что Виктор за долгое время смог полюбить его, как родного отца.
– Здравствуй, Витенька, слушаю тебя.
– Не могли бы Вы подъехать сегодня ко мне домой к часу дня?
– Да, конечно, я буду.
– Спасибо.
Быстро, без пробок, выехав из Москвы, машина Виктора въехала в закрытый поселок, в котором проживала половина всей бизнес и политической элиты нашего государства. Представителей культуры же практически не находилось, так как у жрецов прекрасного попусту не хватало на это денег. Хотя и у политиков, чьи официальные доходы открыты обществу, в принципе, денег не должно было бы хватать, но они такие мастера убеждений, что каким-то образом им всё же удавалось договориться и приобрести здесь заветное жилье. Проезжая, Виктор и не смотрел на эти все здоровенные дворцы за высокими заборами.
Двухэтажный дом Виктора находился на отшибе всего жилого комплекса и выделялся своими относительно малыми габаритами, совсем не страшным забором и отсутствием всякого рода архитектурных сооружений, от классических мраморных статуй и заканчивая так называемым «современным искусством», которые встречались почти во всех домах соседей. На переднем плане был так же маленький домик, в котором проживали служащие. По периметру были расставлены камеры, хоть что они пишут, уже давно никто и не смотрел. Виктор отказался от охраны и их услуг уже давно. За себя он не боялся – просто устал от этого. На заднем дворе был расположен не большой навесик, в котором Виктор любил сидеть по вечерам и размышлять, грустить и вспоминать о прошлом. Несколько елочек, небольшая баня да бассейн – вот и все, что представлял собой двор Кротова, который он отстроил вновь таким, каким перешел ему в наследство. Менять он ничего не собирался.
