Криминальный опыт последних лет показывает (Р. Ронин, 1998), что чаще всего преступники «используют» своих жертв в зависимости от основного, мотивирующего их поведение, «пунктика» следующим образом.
1. При корыстности, «халявности», жадности, алчности объекта преступники для человека с такой ведущей мотивацией поведения (таких людей среди нашего населения около 30 %), применяют или наличные деньги (ценности и т. д.), или их «надежное» обещание. Именно этот уголовный трюк применяет «наше» нынешнее марионеточное проамериканское правительство, «наши» банки, «наши» фирмы (типа «МММ») и другие отдельные мошенники и преступники.
2. При выраженном страхе за себя и своих близких (людей с такой мотивацией среди населения до 90 %) преступники применяют угрозы, грубое физическое и психологическое насилие: избиение, похищение, изнасилование, кастрация, сажание «на иглу», рэкет, «включение счетчика» с нарастанием денежного долга и угрозой расправы, заражение СПИДом или неизлечимым туберкулезом и др.
3. Сексуальная эмоциональность. В этом случае человеку ловко подсовывают полового партнера с дальнейшим шантажом и т. п.
4. Внутренний авантюризм. В этом случае будущей жертве преступники создают условия и подыгрывают таким образом, чтобы этот человек начал свою собственную рискованную игру, и тогда его начинают контролировать, а затем и использовать в своих преступных целях.
5. Счеты с госсистемой или конкретной организацией. В этом случае преступники либо используют существующие разногласия и вовлекают человека в конкретный преступный сценарий, либо обещанием изменить ситуацию в нужную для человека сторону вовлекают его в конкретные действия и поступки.
6. Счеты с конкретными лицами. В этом случае у человека разжигают негативные чувства: неприязнь, месть, зависть, желание нанести «врагу» вред или ущерб и т. д.
7. Национализм. В этом случае преступники у человека разжигают чувство обиды за уничтожение его нации «врагом», разжигают чувство ненависти к «врагам» и конкретно якобы виновным, а затем эту ненависть или жалость к «собратьям» используют в своих преступных сценариях. В современной России психотехнологии криминального гипноза с разыгрыванием лженациональной карты применяют Г. Зюганов, Е. Гайдар, А. Чубайс, А. Лебедь, Е. Примаков и другие преступные авторитеты, которые изображают из себя патриотов, а на самом деле являются реальными «крестными отцами» всех тех преступлений против русского народа, которые осуществляют у нас США, Германия и весь так называемый «Запад».
8. Религиозные чувства. У данной категории людей преступники пробуждают неприязнь к «иноверцам» и привязывают конкретную криминальную ситуацию к доктринам исповедуемой религии, опровергая совершаемые преступления.
9. Гражданский долг. Играют на законопослушности.
10. Общечеловеческая мораль. Играют на порядочности.
11. Подсознательная потребность в самоуважении. Спекулируют на идеальных представлениях человека о самом себе.
12. Корпоративная, клановая, товарищеская и иная солидарность. Спекулируют на конкретной элитарности, «братстве» и чувстве товарищеского, профессионального, кланового или иного долга.
13. Явная симпатия к криминальному гипнотизеру или его делам. В этом случае преступники подыгрывают и поощряют свою будущую жертву, превращая чувство симпатии в определенную психологическую, материальную или иную зависимость. Этот преступный гипнотрюк применил, например, в своей карьере Б. Ельцин.
14. Тщеславие. Провоцируется желание такого человека произвести определенное впечатление, показать свою значимость, осведомленность и т. п.
15. Легкомыслие. Такой человек приводится в беззаботное состояние неосмотрительности и болтливости. Иногда преступники в этих случаях применяют феномен «хронотопа» — явно повышенной доверчивости жертвы к каким-либо ситуациям в некое время и в определенном месте (например, «случайный попутчик», «любитель футбола», «посетитель выставки» и т. д.).
16. Угодливость. В этих случаях преступники четко реализуют в своих планах зависимость данного человека от своего «повелителя» или «кумира».
17. Фанатизм, «помешательство» на ком-либо или чем-либо. В этих случаях преступники дают или обещают своей жертве встречу или обладание предметом их страсти. Например, коллекционеру древних икон предлагают или обещают редкую древнюю икону под денежный аванс и т. д.
