Авторитет подавляет волю, заставляя действовать по жесткому, заранее написанному сценарию. Как писал А. Круглов, авторитет — это нечто, поставленное выше собственного разумения.
Другой известный аферист, Станислав Ежи Лец, полушутя советовал: «У потребляй в разговоре "киловатты", "километры", "мегабайты"-мир уважает специалистов».
А вот случай из реальной жизни, описанный в очерке Д. Севрюкова «Оборотни» (журнал «Мошенники», № 7,1996):
«Жарким июльским полуднем в маленькой квартирке, накануне арендованной под офис неким представительным мужиком в белых саламандровых туфлях и черных очках, собралось десятка два ярославских безработных. Кандидатам была обещана интересная и непыльная работа.
— Комитет госбезопасности России, шестой отдел, подполковник Тимофеев, — солидно представился наниматель…
…???…
…торых все именно так и было записано, как он сказал. Потом вмиг притихшие кандидаты писали автобиографии, в которых требовалось особо указать, кто какой жилплощадью располагает, с кем вместе проживает. А когда через пару дней безработные вновь пришли в офис узнать результаты трудоустройства, подполковник Тимофеев кратко сообщил, что по конкурсу прошел один-единственный Андрюха Сухов, 1965 года рождения, холостой, в одиночку проживающий в благоустроенной квартире. После по-военному скупых поздравлений Андрей узнал, что на сборы ему отпущена пара часов. Потом он убывает в Москву, в распоряжение командования, которое пошлет его выполнять ответственное задание — возможно, вдали от Родины.
Спустя сутки труп Андрея Сухова был обнаружен путевым обходчиком неподалеку от железнодорожного полотна. Из взятых с собой вещей ничего не пропало, кроме паспорта, который, как позже установит следствие, с переклеенной фотографией перекочевал в карман лжеподполковника Тимофеева. Так Тимофеев в один момент стал не просто по паспорту Суховым, но еще и обладателем благоустроенной двухкомнатной квартиры».
В этом случае свое магическое действие оказала «крыша», которой прикрывался бандит, — Комитет госбезопасности России, организация достаточно авторитетная, чтобы поверить ее «представителю». Но для несчастной жертвы было бы нелишним еще и проверить ее — хотя бы в местном отделении того же комитета. В этом случае он остался бы жив.
Для каждого времени и страны существуют свои «пароли», безотказно действующие на доверчивых людей и используемые мошенниками всех мастей. В советское время это были слова «обком», «райком», «ЦК», «КГБ», «Брежнев» и т. п., сейчас — «президент», «губернатор», «администрация области». Для Великобритании значимо все, что связано с Ее Величеством, для Америки эту роль играют знаменитые киноартисты и крупные бизнесмены. Имея бланк (даже фальшивый) известного банка, можно, прикрываясь его авторитетом, легко «запорошить глаза» и получить кредит.
Уверенно произнесенная фраза, осененная престижем сенаторского звания, стоила жизни президенту Аврааму Линкольну.
— Я сенатор. Мистер Линкольн посылал за мной. Я должен видеть его по важному делу.
Этих слов, сказанных убийцей Линкольна, оказалось достаточно, чтобы он был пропущен в театр, где находился президент.
Через минуту в зале раздался выстрел.
Слова эти, выбитые на меди, как постоянное напоминание, можно видеть в кабинете начальника охраны Белого дома.
Мошенники могут ссылаться не только на авторитеты, но и на любых третьих лиц, представляя их как незаинтересованную, а значит, объективную сторону. Понятно, что на самом деле эта «третья сторона» является не чем иным, как замаскированным сообщником преступников. Такой вид обмана достаточно популярен в преступном мире и именуется «обманом с подставными».
Классический пример — «бригада» наперсточников: явно играет там только один, но сколько «подыгрывают»…
Весьма показательную иллюстрацию «обмана с подставным» приводит в своей книге «Записки шулера» Анатолий Барбакару:
