– Нет. Надо быть банком. Откуда, по-твоему, слово «банкноты»? – Рэнди прекрасно сознает, что безумие – выбалтывать женщине деловые секреты, просто чтобы накрутить себя сексуально. Однако сейчас это совершенно в порядке вещей, и ему плевать.
– Ладно, но ведь все равно это делают
– Просто потому, что люди склонны
– И как это делается?
– Берешь кучу золота. Выпускаешь сертификаты с надписью: «По этому сертификату можно получить столько-то золота». Вот и все.
– А чем плохи доллары, иены и все такое?
– Сертификаты – банкноты – отпечатаны на бумаге. Мы выпустим электронные банкноты.
– Вообще без бумаги?
– Вообще без бумаги.
– И тратить их можно будет только в Сети?
– Верно.
– А если я хочу купить гроздь бананов?
– Найди продавца бананов в Сети.
– С тем же успехом это можно сделать на бумажные деньги.
– Бумажные деньги отслеживаются. Они недолговечны. У них масса других недостатков. Электронные банкноты – быстрые и анонимные.
– Как выглядят электронные банкноты, Рэнди?
– Как все цифровое – цепочка битов.
– И значит, их легко подделать?
– Нет, если есть хорошая криптографическая защита, – говорит Рэнди. – У нас она есть.
– Как вы ее раздобыли?
– Общаясь с маньяками.
– С какими?
– С маньяками, которые считают, что хорошая криптозащита – вопрос почти апокалиптической важности.
– Почему они так думают?
– Они читают про людей вроде Ямамото, которые погибли из-за плохой криптографии, и проецируют это на будущее.
– Ты с ними согласен? – спрашивает Ами. Возможно, это такой вопрос, который повернет их отношения в ту или иную сторону.
– В два часа ночи, лежа без сна – согласен, – говорит Рэнди. – При свете дня мне это кажется паранойей. – Он косится на Ами; она по-прежнему смотрит на него, ведь он не ответил. Надо выбирать. – Думаю, это такое дело, где лучше перебдеть. Хорошая криптозащита не помешает, а может и помочь.
– И заодно принесет тебе кучу денег, – напоминает Ами.
Рэнди смеется:
– Сейчас речь даже не о том, чтобы заработать бабки. Просто не хочется оказаться по уши в дерьме.
Ами загадочно улыбается.
– В чем дело? – спрашивает Рэнди.
– Ты сказал это почти как Шафто, – говорит Ами.
Следующие полчаса Рэнди молча ведет машину. Кажется, он угадал: это и впрямь поворотный момент в их отношениях. Дальше все можно только испортить. Поэтому он молчит и смотрит на дорогу.
Два месяца он спит на пляже в Новой Каледонии, под москитной сеткой, видит во сне места значительно худшие, оттачивает свою роль.
В Стокгольме сотрудник британского посольства отвел его в некое кафе. Джентльмен, с которым они там встретились, усадил в машину. Машина привезла к озеру, где, чисто случайно, оказалась летающая лодка с включенным мотором и выключенными огнями. ВВС спецназначения доставили в Лондон. Военно-морская разведка перебросила в округ Колумбия и, основательно покопавшись в его мозгах, вернула морской пехоте с большим штампом на документах, что он не может участвовать в боевых действиях, потому что Слишком Много Знает и не должен попадать в плен. Морская пехота решила, что в тыловые крысы он не годится – Слишком Мало Знает, – и предложила на выбор: билет домой в одну сторону или высшее образование. Он выбрал билет, а потом наплел зеленому офицерику, будто семья переехала и теперь его дом в Сан-Франциско.
Можно практически перебраться через сан-францисский залив, прыгая с одного военного корабля на другой. По всему порту – военно-морские склады, тюрьмы и госпитали. Все их охраняют братки Шафто. Его наколки скрыты под гражданской одеждой, бобрик отрос, но любой морпех за милю узнавал в нем нуждающегося брата, готов был открыть любые ворота, нарушить любые инструкции, возможно – отдать за него жизнь. Шафто, не успев даже надраться, оказался на корабле, идущем к Гавайям. В Пёрл-Харборе ему потребовалось четыре дня, чтобы попасть на корабль до Кваджалейна. Там Шафто встретили как героя. Неделю братки его поили, кормили и снабжали куревом, не позволяя потратить и цента, и наконец отправили самолетом за тысячу миль в Нумеа, Новая Каледония.
