— Да, в этом, — кивнула я, заметив, наконец, первую из акул метрах в десяти от пристани. — Ты бы только слышал, как эти самые Владыки отзывались о нас. Девушках, присланных им в дар людьми. Всех разобрали по косточкам. И знаешь, Джун, что во всём этом самое неприятное?
— Нет, — мотнул тот головой.
— То, что это был не просто пустой трёп между братьями. Все мы хоть раз обсуждали кого-то со своей семьёй или близкими друзьями. А то, что все свои циничные высказывания Владыки делали в присутствии волрины Лорены, которая, с её «любовью» к роду человеческому и женщинам в частности, вряд ли станет молчать. Наверняка подгадает момент и укажет девушкам на их «недостатки».
— Мда-а, неприятно, — вздохнул парень, переведя взгляд на воду, что плескалась практически возле самых наших ног. — И ты теперь хочешь отомстить?
— Отомстить? — усмехнулась я, заметив невдалеке от первого острого акульего плавника второй. — Нет, куда мне? Просто собираюсь оказать ответную любезность, только и всего.
— А фонарики тут причём?
— Ну, так надо же мне на чём-то оставить свои краткие характеристики, верно? А цвета фонариков будут соответствовать, скажем, цвету волос Владык. И развесить потом эту красоту на соответствующую скульптуру, чтобы уж точно эти мужчины не перепутали к кому и что относится.
— Ага! И всё это ты также хочешь предложить сделать мне, да? — насмешливо полюбопытствовал Джун.
— Не обязательно, — пожала я плечами. — От тебя мне нужны будут только фонарики с надписями, а развесить их я могу и сама. Ночь длинная, акулы всё ещё здесь, так что...
— Да не, я просто так сказал. Сам всё сделаю. В конце концов я ведь здесь как раз за этим. Не только чтобы помогать волрине Лорене, но и выполнять какие-то мелкие поручения избранных девушек.
— Спасибо, Джун! — подняв руку, благодарно сжала плечо стоящего рядом парня. — Ты настоящий друг! Если я что-то могу сделать для тебя в ответ, скажи!
— Не нужно ничего, Криста! — покачал головой парень и задумчиво посмотрел вдаль. — Я помогаю тебе не из корыстных побуждений, а потому, что ты другая. Не такая, как прочие прибывшие девушки. И говоришь, и ведёшь себя иначе. Я лично видел лишь два десятка девушек, которых посылали люди в дар Владыкам, и все они так или иначе вели себя похоже. Кто-то с радостью принимал свою судьбу, кто-то нет, но ни одна из них так не рвалась на свободу, как ты! И мне это понравилось. Захотелось тебе помочь. Так что давай больше не будем терять времени и примемся за дело. Показывай, какого размера нужны фонарики и что ты хочешь на них написать.
— Что хочу написать? — повторила я и, прикрыв глаза, задумалась. — Вообще, многое, но мы будем краткими. Каждому отведём по нескольку слов, которые будут звучать так:
Эти слова — мои мысли о том,
Что я поняла, покинув свой дом.
Что Анстар- Владыка пятёрки морей,
А сын его Лоран — опаснейший змей,
Второй по порядку — бабник Эрлин,
Третий — Имриз, что вечно один,
Четвёртый — Сафрин, знающий то,
Что разум скрывает и видящий зло.
А пятый сын — Зэфир, слащавый юнец
Уверенный в том, что он счастью венец.
Договорив, я умолкла, и на пристани надолго воцарилась тишина. Джун, впавший в шоковое состояние, повернулся ко мне и уставился огромными глазами, в то время как я сама задумалась над способом размещения пришедших в голову строк. Упихнуть их на один большой фонарик и подвесить в центре между скульптурами? Или вступление сделать на одном отдельном, а слова, относящиеся к каждому из Владык, разместить на персональных разноцветных шариках?
Крутила эти мысли в голове и так, и эдак, но принять решение не смогла. Поэтому, дабы вывести из ступора стоящего рядом парня, обратилась к нему с этим вопросом.
— И это всё, что тебя волнует? — прокашлявшись, спросил тот. — А то, что после получения ТАКОГО подарка, Владыки захотят тебя убить, совсем не волнует, нет?
— Убить? Меня? — выразила я собственное удивление. — С чего бы это? На правду ведь не обижаются!
— Да, но вот так заявлять о своём мнении о Владыках... Думаешь, это разумно?
— Нет, наверное. Однако мне хочется сделать именно так. Ты отказываешься мне помочь, Джун?
— Следовало бы, — фыркнул тот, покосившись на меня. — Назвать Эрлина бабником, Имриза вечным одиночкой, а Зэфира слащавым юнцом, притом, что он тебя не на одну сотню лет старше... Даже и не знаю.
— А что, разве я не права? Эрлин, как я поняла, самый любвеобильный из всех братьев. Да и цвет волос у него прямо-таки говорящий. Имриз — зануда, слушая которого зевать тянет, а значит далеко не всякая девушка выдержит его общество. Ну, а Зэфир... С ним, по-моему, и так всё ясно. Насколько сладкий, настолько же и противный. Бе-е...
— Да понял я, понял! — рассмеялся аил Асмунд и вскинул руки в останавливающем жесте. — Не продолжай. И сделаю всё в лучшем виде, не сомневайся. А ты...
— А мне настала пора покинуть остров, Джун! — улыбнулась я парню. — Акулы, похоже, всё-таки ушли, и этим надо пользоваться.
— Ушли? — нахмурился в ответ тот. — Ты не можешь быть в этом уверена, Криста!
