Голос юноши надрывно дрогнул, и Балин потрясенно замер. Перемена была столь неожиданной, столь резкой...
- Мне... позволено уйти? Я больше не нужен господину? - глухо, сжавшись, спросил Эд, прижавшись спиной к краю купальни.
Балин не знал, что сказать. Просто слов не было. Все пережитое удовольствие ушло в никуда, оставляя только реальность, неправильную от начала.
- Эд... - от одного имени юноша дрогнул как от удара, и Балин осекся от понимания.
Нет такого имени. Да и нет у шлюх имени. Ни имени, ни рода... а кличка, огрызок, от настоящего имени, как унизительное напоминание о своем месте.
- Я не хотел тебя обидеть, - севшим голосом выговорил Балин.
Юноша слабо, вымученно улыбнулся ему, подымая полные боли глаза.
- Вы позволите мне уйти? Я же больше не нужен вам...
Сердце Балина рухнуло вниз, и к горлу подступила тошнота.
- Прости, я... иди, я...
Он не договорил. Эд одним движением, опершись рукой о край купальни, выпрыгнул из воды и, поклонившись, не глядя на Балина, сбежал из небольшой комнаты купальни.
Балин выругался, откинувшись на стенку ванны-купальни, закрыв лицо руками.
Это было мерзко. Отвратительно. Эд... он просто отвечал. Но не хотел. Он просто подчинился порыву Балина. Шлюха ведь не может сказать "нет"...
Но какая же боль была в его глазах...
Почему отец приказал ему позвать именно его?
Глава 6
Теплая, сонная дрема обнимала за плечи легким одеялом, и рыжеволосый юноша совершенно не желал окончательно просыпаться, свернувшись уютным клубком на своём ложе из одеял и множества подушек.
Темноволосая, синеглазая девушка, дочь принца-наследника Подгорного царства, с улыбкой взглянула на сладко сопящего засоню. Качнула головой с тяжелой гривой волос вороного цвета, и лёгким шагом подошла к приглушенно горящей лампе-ночнику - к извечной охраннице от ночных кошмаров. Детские кошмары прошлого так и не оставили младшего...
Дис сняла колпак и повернула вентель лампы, и свет, уже ничем не ограниченный, залил комнату веселым желто-золотым цветом, заиграв на гранях стеклянного ловца снов, весело отражаясь от красных, зелёных, желтых лепестков его.
Легкие шаги Дис тонули в ворсе пушистого ковра, устилающего пол округлой комнатки, но юноша будто чувствовал присутствие Дис и плотнее свернулся клубком под одеялом. Будто это могло помочь.
Дис прошла к округлой, ограниченной деревянными перильцами, удобной, похожей на ложе-лежбище постели и присела на край. Сняла несколько подушек с горки, накрытой одеялом, и скользнула ладонью под оное, пришлась по огненным волосам и шекотнула за ухом засоню.
- Дис! - взвизгнули под одеялом, и миру явилась недовольная мордаха с всклокоченным комком янтарно-рыжего нечто на голове.
- Доброе утро, ворока-сорока, - улыбнулась младшая принцесса недовольному, сонному Нори. - Опять косу на ночь не заплёл? Эх ты, лис-лентяй! Давай вставай, и приводи себя в порядок.
- Дис, я же не ребёнок, - простонал Нори, плотнее закутываясь в одеяло и сверкая зелеными глазами из-под длинной рыжей челки.
Дис понимающие усмехнулась, вставая. Все ясно - мальчишеская утренняя проблемка от "приятного" сна. Матушка в своё время все доступно объяснила ей, но как же приятно это сердитое смущение Нори!
Да... Ему уже не шесть...
Дис с грустью щелкнула его по носу и встала.
- Я распоряжусь принести завтрак, а ты вставай. Мы идём сегодня на наземный ярус, если ты помнишь. Там будет выставка мастеров стеклодувов. Множество затейливых сверкающих вещиц. Ты же не хочешь, чтобы людям досталось что-то по настоящему красивое?
- Да-да, конечно... - пробурчал Нори, даже не думая вылезать из своего одеяла-спасителя. И по глазам было видно, что он ждёт не дождется, когда Дис наконец выйдет из комнаты. Он, конечно, любил её, но не настолько же!
Наконец, Дис сжалилась над ним и покинула комнату. Нори тут же подорвался с места и чуть не свалился с кровати, запутавшись в собственном одеяле. Одеяло, однако, он не бросал, просто потому, что спать в одежде он терпеть не мог с некоторых пор. Пришлось так и скакать, завернувшись в одеяло, в маленькую купальню, подхватив по дороге штаны и тунику. Благо
- Что я у тебя там не видела?
Спасибо принцессе Тиас, матери Дис, которая пожалела Нори и вмешалась в противостояние. Торин до сих пор иногда припоминает Нори, кто ему спинку тер долгое время, а вот Фрерин выкрутился раньше! Папе пожаловался...
Иногда забота Дис была удушающей...
