– Ты бы никогда с ней не развёлся, – молвила она, не узнавая собственный обиженный голос. Секунду помедлила, проглатывая слёзы, – А Никита растёт и ему нужен отец, – более увереннее произнесла она, чувствуя правоту на своей стороне.
– И ты решила искалечить мою жену?
– Андрей, – Алина осмелилась встать и прильнуть к его груди, почувствовав всем телом насколько он напряжён и зол, – Это единственный шанс на наше с тобой счастье, – сказала она и сама в это веря всей своей прогнившей душой.
Андрей замотал головой, как ребёнок. Оттолкнул её от себя, не желая слушать и пытаясь совладать с желанием ударить её.
– Я люблю тебя. Подумай о нашем сыне, – не сдаваясь, вновь заговорила она, – Ты обещал развестись с ней. А я всё ждала и ждала. Сначала беременная, потом с младенцем на руках. И сколько бы это продолжалось? – обиженно бросила она, давая ему понять; в том, что случилось есть и его вина. Она замолчала, ожидая от него ответных слов или действий. Но он лишь стоял, поникнув головой, сжимая в кулаках эти злополучные пропуска. И почему она их сразу не уничтожила?
– Прости меня, – она снова прижалась к его спине, на этот раз уверенная, что он её не оттолкнёт и не ударит, – Я знаю, что поступила подло и не попаду за это в рай, но я на всё готова ради сына, – она смело развернула его лицо, обняв ладошками, как малое дитя, – Нужно уничтожить пропуска, – хладнокровно произнесла она, глядя ему в глаза, – Скажешь следователю, что так и не нашёл их. И мы забудем это всё, как страшный сон, – она обняла его, потом аккуратно забрала карточки из его сжатого кулака, разгибая поочерёдно каждый палец. Андрей так и стоял, слушая всё, что она говорит. Его трясло, а в голове снова появился какой-то туман. Алина забрала пропуска, порвала на мелкие кусочки и ушла в туалет. Там она бросила их в унитаз и смыла, испытав при этом чувство удовлетворения. Когда она вернулась обратно, Андрей сидел на диване с совершенно покинутым и опустошённым видом. Она решила его немного взбодрить. Залезла на него, сунув руку в штаны и сразу начав массировать вверх-вниз его спящего дружка.
– Ты разведёшься, а потом мы уедем отсюда, – прошептала она ему в ухо, словно шептала о своих тайных мечтах. Андрей посмотрел на неё больным взглядом старой умирающей собаки.
Он ничего ей не ответил, но крепко схватив за шею, перевернул на диван и жёстко оттрахал, выплёскивая весь накопившийся гнев.
Сеня застал Кристину в палате ЦВЗ, где лежала земная Кристина Левиц с повреждённым головным мозгом и спала крепким смертельным сном. Крис сидела на краю больничной койки, рядом со своей точной копией, с покинутым видом проигравшего человека. Сеня не стал задавать лишних вопросов, он и так догадался, что она пыталась сделать. Хотя в прошлый раз он предупреждал её, что ничего не выйдет. Она пыталась войти в своё тело, как порой нам показывают в фантастических фильмах. Призраки с лёгкостью проникают в тела людей, в их головы, но они ведь не призраки. Он молча присел рядом, и понимающе обнял её за плечи. Некоторое время они сидели в тишине, которую нарушало разве что пикание больничной аппаратуры, и каждый думал о своём.
– У меня не получилось, я хотела… – начала она дрожащим сломленным голосом.
– Я знаю. Я тоже пытался, поверь. Много раз, – потом он поднялся, протягивая руку, – Нам пора. Если находится здесь постоянно будет только хуже.
Она бросила на себя лежащую и больную короткий взгляд.
Они вернулись обратно в Забытьё. В мир потерянных душ. В мир, из которого Кристине хотелось бы сбежать и больше никогда здесь не появляться.
– Я хочу кое-что тебе показать, – сказал Сеня и повёл её в противоположную сторону от Холма Обзора. Они вновь прошли подле Старого Дуба и огненного крутящегося шара. Круг людей по-прежнему окаймлял могучее дерево, в котором живёт прекрасная Икебана.
Они резко свернули вправо и теперь Старый Дуб оказался у них за спинами. Вскоре они ступили на тропку, из выложенных камней, которая увела их в заросший сказочный лес.
Каменная тропка вела прямиком до двух поваленных стволов деревьев, напоминающих двух пьяных приятелей, которые чтобы не упасть, прислонились друг к дружке. Таким образом получался некий вход в лес.
Они прошли прямо под привалившимися друг к другу деревьями, потом свернули влево и пересекли небольшую чащу, где порхали неведомые сказочные птички-невелички. Они пролетали над их головами и звонко пели.
– Вот, – радостно сообщил Сеня. Он остановился, развернулся к Кристине и развёл руками, словно показывал своё поместье.
