– Их не поймаешь, слишком кусачие. А раны после их укусов болезненные и заживают слишком долго. К тому же они слишком прожорливые, – он нервно хохотнул. Одинокое эхо разлетелось в ночи. Крис поежилась. Отсюда уже не виднелся светящийся шар. Их окружала непроглядная темнота со всех сторон. И если бы не переливчатое свечение от меча, они и лиц бы своих не увидели.
Крис не успела даже сообразить. Всё случилось мгновенно. Безликой словно вырос из-под земли со своими бешено извивающимися щупальцами. Теперь Крис могла лицезреть его во всей своей красе при полной мощи. Хотя вверх тормашками это весьма затруднительно.
– Крис, бей! – заорал Сеня. Но она уже висела кверху ногами, как мышка, пойманная за хвост. Тяжёлый меч чуть не выскользнул из её рук. Хваткий трумб больно стянул её за талию. Другой щупальцей Безликий одним ловким движением нанёс удар по Сене и тот отлетел на добрые несколько метров. И кажется потерял сознание. Крис усердно замахала мечом, стараясь угодить по трумбу стискивающий её крепкой хваткой. Но Безликий, как быстрый проворный паук ловко уворачивался от меча, хотя один удар всё же угодил по трумбу, правда не по тому, который сдавливал её всё сильней. Без сомнений он знал, что это за меч и что они намеревались сделать.
Второй замах и меч пришёлся прямо в цель. Но силы удара не хватило чтобы перерубить трумб пополам. Хотя было видно, как все щупальца его вздрогнули, а цепкая хватка чуть ослабла, но тут же сдавила вновь, ещё сильнее прежнего. Ещё немного и её разрубит пополам. Она попыталась замахнуться снова, но Безликий ловко выбил из её рук меч. Вот и вся битва.
Тишину в квартире нарушил звонок сотового. Андрей глянул на настенные часы – половина девятого. Никитка лежал рядом с ним. Всю ночь спал он плохо, просыпаясь и плача без видимой на то причины. Зато всё утро спал крепко и беспробудно. Поэтому Андрей решил не терять времени и выспаться вместе с сыном. Но видно не судьба.
Снял он трубку, отвечая полусонным голосом.
– Здравствуйте, Андрей Владимирович? – осведомился бодрый голос.
– Угу, – отозвался Андрей, приняв сидячее положение и потирая кулаком глаза.
– Это Аркадий Дубов из ЦВЗ вас беспокоит, – интеллигентно пояснил доктор, хотя голос его Андрею показался каким-то напряжённым.
– Здрасте, – отозвался Андрей, намереваясь спросить,
– Вы могли бы сегодня подъехать в Центр? – поинтересовался Дубов.
– Да, конечно, а во сколько? – Андрей проснулся в конец.
– — В течении дня, но не позже пяти часов.
– Хорошо. Что-то случилось, доктор? – всё же спросил Андрей.
Доктор вздохнул и это заставило Андрея напрячься.
– Пока нет, но это очень важно. Разговор нетелефонный.
Андрей пообещал подъехать в течении пары часов. Он успел позавтракать, разбудить и накормить Никитку, а потом он отвёз его к родителям и уже после отправился в ЦВЗ.
Андрей прибыл в Центр и когда зашёл в кабинет заведующего, тот как раз разглядывал рентгеновские снимки на мониторе компьютера. Сейчас всё делается через компьютер.
– Добрый день, проходите, присаживайтесь, – засуетился доктор, как только Андрей вошёл в кабинет, и сразу решил перейти к делу, – Ваш брат – Арсений Левицкий находится в нашем Центре уже полтора года. Мы проводим диагностику каждые два месяца.
Андрей кивнул, он прекрасно это знал.
– К сожалению, за это время не наблюдалось никаких видимых улучшений, – Дубов решил показать Андрею рентгеновские снимки, развернув монитор таким образом, чтобы экран хорошо просматривался. Андрей посмотрел на снимки, ожидая что Дубов снизойдет к нему и пояснит, что же он там должен увидеть? – Это снимок годовалой давности. Очаги поражения находятся в этих областях. Видите? – Дубов указывал карандашом в размытые участки головного мозга Арсения. После он нажал на кнопку на клавиатуре и появился другой снимок, по сути ничем не отличающийся от предыдущего, – А это вчерашний снимок. Видите? – он вновь указал на размытые участки, – Ничего не поменялось. К сожалению, ваш брат не идёт на поправку, – выдержанно пояснил доктор.
– И что это значит? – Какой-то частью ума Андрей прекрасно понимал, что это означает, вот только не принимал. Хотя другая часть, гордо вскинув нос заявляла, что ей всё равно.
– По нашим законам, мы имеем право предложить вам эвтаназию, – ответил доктор, скрестив свои пухлые ручонки на большом выпячивающем животе.
– Эвтаназию? – слово Андрею было знакомо, но он забыл, что оно означает.
– Да. Это безболезненное внутривенное укалывание. Человек не чувствует боли, а просто засыпает, – пояснил Дубов
Андрей нахмурился, наконец-то осознав всю тривиальность ситуации.
– Необходимо только письменное согласие одного из близких родственников, – продолжал доктор, словно, не замечая замешательства своего клиента.
