– Это твоя работа! – не выдержав воскликнула Крис, обратив на себя внимание сразу нескольких мимо проплывающих ангелов. Они странно оглядели парочку и Коко, но останавливаться не стали.
– Верно, – Коко развернулся и улыбнулся. В какой-то жуткий момент ей показалось, что сейчас он её проглотит, – Но не детей – индиго.
– А в чём собственно разница? – Крис уже начинала понимать, как всё серьёзно и почему именно ангел не хочет «браться» за это дело, но сейчас главным было продолжить диалог, чтобы не упустит пташку.
– Да вы только поглядите на Конро, – кивнул в сторону Коко, мимо пролетающего ангела, который и впрямь был нехило помят. Его ангельская ряса была изодрана чуть ли не в клочья, крылья почти облысели, а на лицо Конро выглядел дряхлым стариком, – А он оберегал ребёнка – индиго всего пятнадцать лет. – Вдобавок у Конро отсутствовала одна рука.
Крис и Сеня в ужасе проследили за медленно удаляющимся Конро, по лице которого навеки застыл вселенский ужас.
– А Патрицию придётся охранять пятьдесят лет. От меня и живого места не останется. Так что передайте своей гуттаперчевой хранительнице, чтобы нашла себе другого простачка, – отмахнулся он, двигаясь дальше.
– Но как же так? – Крис не собиралась отступать и смело двинулась за ангелом, – Ангел должен охранять своего человека, в этом ваша суть.
– Кто вам такое сказал? – усмехнулся Коко.
– Но она погибнет. – Бросила Крис, надеясь, что у этих белых громадин с крыльями, есть хоть что-то человечное. Коко остановился. Похоже сработало.
– Как и все люди, – холодно сказал он и повернулся, – Только разница в том, что она погибнет, вернётся сюда, а потом вновь отправится путешествовать, а я нет. Я умру навсегда.
– С честью, – зачем-то вымолвила Крис, хотя сразу поняла по его лицу, что это слово для него незнакомо, – Когда солдаты отдавали свою жизнь за Родину. Они погибали с честью. И люди берегут память о них веками, – от собственных слов, у неё побежали мурашки по коже. Но Коко лишь хмуро продолжал на неё взирать.
– Все эти ваши людские премудрости лишь пыль и не имеют никакого значения, – непреклонно отозвался ангел, – К тому же вы пришли сюда, даже не удосужившись уточнить, какие изменения произойдут, если Сифра Патриции будет в действии.
– Но? Разве Сифра не должна работать во благо человечества? – Крис в растерянности поглядела на Сеню, то в ответ лишь пожал плечами.
– Должна, но то что будет происходить с девочкой может сломать её и тогда мы получим обратный эффект, – сказал Коко.
– Не понимаю… – Крис и в самом деле ничего не понимала. Она запуталась.
– К четырём годам она лишится отца, покончившего жизнь самоубийством из-за жутких мигреней, мать найдёт утешение в бутылке и будет часто забывать про дочь, бабка на какое-то время приютит её к себе, но к двенадцати годам девочка всё равно попадёт в приют, там над ней будут издеваться сверстники, она пристрастится к наркотикам, многие ей будут пытаться помочь, – пока Коко говорил в воздушном облачке-экране проносилась жизнь маленькой Патриции на ускоренной перемотке. Крис увидела и мужчину, повешенного в какой-то серой комнате и женщину, сидящую за столом в обнимку с бутылкой водки и беззубую старуху, погоняющую собственную внучку веником. Далее начались ещё более страшные ужасы; Патриция, уже чуть подросшая, в туалете, толпа девочек, её бьют; Патриция с худым пареньком вкалывают себе в руки шприцы с какой-то мутной жидкостью. – И, если по какому-то счастливому стечению обстоятельств Патриция сможет выбраться из всей этой клоаки, она, да, станет врачом- учёным и будет спасать жизни людей, – На экранчике появилась стройная рыжеволосая дама в белом врачебном халате. Её окружали улыбающиеся люди, по-видимому её пациенты, которых она спасла, – Но даже тогда её будут преследовать неудачи; постоянно ревнивый муж, – на экране; мужчина наотмашь бьёт Патрицию по лицу, – Неблагодарные дети, – на экране; девочка и мальчик отворачиваются от Патриции, – Всё это лишь малая часть того что будет происходить в её жизни.
– Это если ты её бросишь. – Сказала Крис не своим голосом, пребывая в шоке от увиденного.
– Нет, если у неё не будет Ангела, она погибнет через восемь дней после рождения от взрыва бытового газа, – сказал Коко и на экранчике показали многоэтажный дом, взрыв, а потом экранчик исчез, – И это лучший исход для неё и для всего человечества в общем. Никто не знает в какой момент она может сломаться и натворить дел. Последнее не могут предсказать даже Провидцы.
– Тогда что же нам делать, Коко? – наконец-то заговорил Сеня, – Если исход один, что же спасёт этот мир?
Повисла пауза.
