Кризис полностью

Поэтому мы потратили пятницу, 26 октября, на попытки взамен убедить Израиль добровольно оказать помощь Третьей армии и, таким образом, избежать принуждения нас к открытому противостоянию. Эта миссия оказалась невыполнимой. Колючего, гордого и несколько перевозбужденного союзника нужно было убедить не продолжать курс, обещающий большие внутренние выгоды в подготовке к выборам в стране[24], и мы должны были достичь цели, сохраняя при этом для публики позицию тесного сотрудничества. Мы должны были сохранить доверие Египта к нам в течение мучительных часов, необходимых для того, чтобы убедить Израиль. Это была упорная борьба с равными шансами между нашей убедительностью и жизнестойкостью Третьей армии, а вместе с ней и перспективой умеренного правительства в Египте. И, только что уговорив и загнав русского медведя обратно в клетку, мы должны были быть осторожными, чтобы он не передумал и не бросился снова.

Это оказался еще один долгий день. Особых стимулов нам не требовалось. Все более неистовые призывы Садата не оставляли сомнений в том, что время было на исходе, если Третья армия собиралась выжить. Мы не хотели, чтобы Египет снова вернулся в советский лагерь, но мы также не считали желательным подталкивать Москву на второй раунд противостояния. Начиная с утра 26 октября мы стали призывать Израиль предлагать некоторые решения этой непростой ситуации. Это оказалось невозможным и, в конце концов, заставило нас предъявить Израилю эквивалент дипломатического ультиматума.

Через несколько минут после получения сообщения Садата я связался с Диницем. Тем временем Третья армия попыталась вырваться из израильского окружения к северу от города Суэц. Это свидетельствовало о ее отчаянном положении и усугубило бы его, истощив ресурсы. Это также грозило бы нам новым раундом споров по поводу нарушений режима прекращения огня. Я призвал Израиль предпринять два шага: пригласить наблюдателей ООН немедленно направиться к пунктам между двумя армиями для наблюдения за прекращением огня и разрешить колонны с продовольствием, водой и медикаментами для Третьей армии. Последняя остается окруженной, неспособной к боевым действиям, являющейся полезным преимуществом на переговорах, но не подверженной унижению в виде капитуляции. Я также рассказал Диницу о своем плане посетить Египет. Диниц пообещал ответ в кратчайшие сроки.

ПОСОЛ ДИНИЦ – КИССИНДЖЕР

Пятница, 26 октября 1973 года

11:30 утра

(Отсутствует первая часть.)

К: Нет, нет, я сказал Вам, в чем, по моему мнению, проблема. У вас в стране нет ни одного человека, который мог бы принимать внешнеполитические решения.

Д: Верно.

К: Если бы Вы и премьер-министр могли действовать как президент и я…

Д: Вы правы. Об этом неоднократно говорила премьер-министр.

К: К тому времени, когда у вас будет кабинет министров, каждый из которых перережет друг друга…

Д: Верно. Все обсуждают и добавляют свои предложения. Совершенно верно. Одна из бед парламентской системы. И я не думаю, что у британцев лучше.

К: Англичане оконфузились, мы тоже отреагировали излишне остро. Это чрезвычайно опасно.

Д: Вы видели передовую статью в «Вашингтон пост»? Очень хорошая. В поддержку президента, в поддержку вашей пресс-конференции, для «Вашингтон пост» это нечто. Рад видеть результат…

…

Д: Еще кое-что, Брежнев сделал заявление в Москве.

К: Я его видел.

Д: Требуются срочные и необходимые меры для… относительно прекращения огня, присланного персонала, связанного с наблюдателями ООН.

К: Да, я это видел.

ПРЕЗИДЕНТ – КИССИНДЖЕР

Пятница, 26 октября 1973 года

11:58

Н: Привет, Генри.

К: Г-н президент.

Н: Что, а, как дела? Все по-прежнему?

К: По-прежнему, примерно то же самое. Некоторые вступили в полемику по вопросу о том, могут ли советские представители и американцы быть в составе наблюдателей. Мы заняли позицию, что в целом мы предпочитаем, чтобы наблюдатели были того же типа, что и вооруженные силы. Но если Генеральный секретарь ООН пригласит американцев и советских, мы согласимся. Советы прислали семьдесят человек, которых они называют наблюдателями. Мы говорим, что они могут послать кого угодно, но, с нашей точки зрения, они не обладают никаким статусом, за исключением того, что признает Генеральный секретарь. Вы получили еще одно сообщение от Садата о Третьей армии. Много технических вещей, на которые не нужно обращать Ваше внимание. Мы должны убедить египтян урегулировать их с помощью ООН. Мы передадим это дело израильтянам.

Н: Я очень хочу, чтобы это передали израильтянам. Давайте выполним свою часть сделки.

К: Когда мы сможем определить, что израильтяне делают что-то не так, мы довольно сильно на них давим.

Н: Я понимаю.

К: Египтяне сделали предложение, и они отправили это сообщение о всеобъемлющем предложении к моему визиту. И мы послали Садату теплое послание от Вас, в котором Вы сказали, что Вы дали мне указания занять конструктивную и позитивную позицию.

Н: Хорошо, хорошо. Как насчет отзывов? По-прежнему получаете положительные отзывы?