Что же касается списка вампиров из трех граф (ликвидируемые, интернируемые, депортируемые), то не такие профи списки составляли в мае 1941-го. И чем кончилось в мае 1945-го?
Спросят: "А нормальных, теплых человеческих слов у вас для этих сверхдальних родственников не найдется?"
Отвечаю. Найдутся. Для по-настоящему приличных людей (прошу не путать с пр-р-рил-л-личными потенциальными и актуальными коллаборационистами) и слова найдутся настоящие. Почему бы авторитетным и не потерявшим честь заграничным русским не написать открытое письмо? Незатейливое и недвусмысленное. С призывом ко всем, кто не потерял честь и совесть, не соучаствовать в затеях типа вышеописанной.
Пусть под этим письмом будет хотя бы несколько авторитетных подписей. В нынешней неустойчивой ситуации и этого достаточно. Не мне учить моих сверхдальних родственников тому, как сочиняются и публикуются такие письма. Не мне учить их и тому, пора ли. Только пусть потом пеняют на себя, ежели пропустят нужный момент.
Найдя человеческие слова для эмигрантов (первой или иной волны), я просто обязан найти такие же слова и для моих соотечественников, входящих в эти самые группы Х и Y.
Соотечественники! Даже если у вас не отберут миллиарды (а скорее всего их отберут), "жизнь после России" станет для вас роскошным и до ужаса пустым адом. Создав ад для своего народа, вы создадите его и для себя. Ад повсюду – в Лондоне, Париже, Риме и так далее. Это ведь уже проходили. Короткая эйфория сменится долгой и невыносимой депрессией. Кто-то покончит с собой. Кто-то сойдет с ума. А кто-то будет долго и уныло тянуть лямку постылой жизни. Ненавидя и себя, и других. Близких, в том числе.
Это не триллер. Это правда той жизни, от которой вы никуда не уйдете. Потом настанет смерть. Что, если по ту сторону вы встретитесь с матерью, стоящей у позорного столба? И поносимой толпами монстров, воющих на все голоса: "Су-у-у-ка-а-а!" Мать попросит: "Спаси меня, сынок!" А вы пошевелиться не сможете.
Если читатель и впрямь решил осваивать "Науку остраннять" (она же – инструкция по принципам ведения войны против сетевой постмодернистской ризомы), то пусть он еще раз внимательно прочитает процитированное мною ранее высказывание А. Н. Яковлева: "Мы сломали хребет…"
С точки зрения "Науки остраннять" тут важно не то, кому сломали хребет. Ибо люди, подобные А. Н. Яковлеву, проявляли и проявляют в вопросе о том, "кому", предельную уклончивость. Ну, кому, кому… партийному аппарату… административно-командной системе… коммунистическому Зверю (тут вам обязательно сочно опишут не только повадки Зверя, но и его генезис).
Это у Александра Зиновьева нервы были настолько слабые, что он под конец жизни завопил: "Мы хотели сломать хребет коммунистическому Зверю, а сломали хребет России". (Буквально:
А у других – нервы не чета зиновьевским. Знают, чей хребет ломают, и ничего. Да так, чтобы не срослось. Но об этом – позже. Сейчас же – об остраннении. С точки зрения осуществления такового важно не то, кому сломали хребет. Ясно же кому, не правда ли?
Тот, на кого оказано воздействие в виде "ломки хребта" – это Россия. Но как называется то, на что оказывают воздействие? Объект. Какое бы воздействие вы на что-то ни оказывали (правильное или неправильное, жесткое или мягкое), все равно то, на что вы оказываете воздействие – это объект.
Само же это воздействие, опять же любое (в том числе ломка хребта, высокопрофессиональная стрельба, при которой метят в одно, а попадают в другое et cetera) – это типы или технологии воздействия, то есть проект.
Объект… Проект… Чего не хватает? Субъекта. Нам, коль скоро мы занимаемся остраннением, это важнее всего установить. Ибо и об объекте часто говорится (мол, Россия переживает такой-то этап, в ней то-то происходит). И о проектах тоже говорится немало. Да, без понимания того, чем исторический проект отличается от бизнес-проекта, но ведь говорится!
А о субъекте – ни-ни. Между тем, использование остранняющей рефлексии по отношению к высказыванию А. Яковлева ("Мы сломали хребет…") или А. Зиновьева ("Мы метили…") должно сосредоточиться на субъекте. Есть ли он в этих, да и иных высказываниях? Да, есть. Но этого почему-то не замечают. Хотя, казалось бы, нельзя не заметить.
Сказано ведь – "МЫ сломали", "МЫ метили". Не сказано – "Я сломал", "Я метил". И тем более не сказано, что хребет был поражен тяжким заболеванием и САМ сломался. Или что объект по имени Россия САМ сломал себе хребет, упав спьяну с десятого этажа. Или что этот объект САМ в себя выстрелил, совершил самоубийство, так сказать.
Сказано другое! Совсем другое! Что по отношению к нему, объекту (Матушке, так сказать), совершено неким "мы" волевое коллективное действие. Но не сказано, что за "мы" совершили это волевое действие – "сломали хребет", "не туда попали" и так далее.
