— Мы не успеем! Логан, опусти свой дурацкий ствол! Прекрати нас пугать! Мы все умрем!!!
Ее обвивают толстые неуклюжие лапы Серхи.
— Ну хватит, Фати, хватит, — шепчет Серхи. — Пожалуйста, не плачь…
— Так, значит, ничего не спасает от этой… эпидемии? — Нико тоже напуган.
Кармела переглядывается с Борхой, а потом тихо отвечает:
— Нико, это не эпидемия. Это эволюция нормального поведения живых существ.
После такой формулировки все замолкают. Каждый пытается понять слова этолога.
— Фати, ну, может, все не так плохо. — Серхи прижимает девушку к себе. — Может, все не так плохо…
Глаза Логана — как иголки, буравящие Серхи.
— Не трепись, о чем не понимаешь, толстуха. Все хуже. — Пауза. — Гораздо хуже, чем ты думаешь. Я это пережил.
— А раньше тебе вроде нравилось, — усмехается Нико. — Бизон, Большая Мать… Теперь уже нет?
— Возможно, у нас получится убежать! — выкрикивает Борха с отчаянием в голосе. — Мандель ведь сказал, что пики происходят в определенных зонах… Может быть, нам удастся отойти подальше…
— Мудрый хотел, чтобы мы оставались здесь! — кричит Фатима. — Вы что, не поняли?
— И вот мы остались! Но мы же ничего не делаем!
В ответ раздается голос Логана — неожиданно высокий и чистый. Без испуганного надрыва, без жаргонных словечек.
— Я могу что-то сделать. Я всегда могу. — Логан резко поднимает пистолет и направляет на свое лицо, по которому текут слезы. — Я — свободен.
Все кричат, но выстрела нет: Дино Лиццарди действует с быстротой, невероятной для такого большого и грузного мужчины. Тыльной стороной той же ладони, которой он выхватил у Логана пистолет, Дино залепляет парню пощечину, и его отбрасывает к стене.
— А вот теперь хватит,
Выпалив последнюю фразу, Дино разворачивается и пластом валится на пол. Никто ничего не понимает.
— Дино! — Нико садится на корточки, шлепает итальянца по толстым щекам. — Дино, что с тобой? Ты меня слышишь?
Великан вроде бы не потерял сознания, он не расстроен и даже не встревожен: он моргает и смотрит на окруживших его людей, лицо его спокойно, только усеяно бисеринками пота; Дино вытянулся на спине во весь свой рост, ноги вместе, руки прижаты к телу. Выпавший из его ладони пистолет валяется под ногами у Борхи.
— Дино, ты меня слышишь? — Нико не сдается. — Покачай головой, если ты меня слышишь…
Дино не качает головой. Наоборот, с ним происходит такое, чему Кармела сначала отказывается верить. Капли пота на бородатом лице начинают перемещаться, не подчиняясь законам гравитации. Они сползают со скул на усы, на лоб и веки с абсурдной, пугающей быстротой. Кармела вглядывается пристальнее. «Это не капли».
Кармела видит маленькие комочки кожи, похожие на прыщи. Сдвигаясь к центру лица, они увеличиваются в размерах, теперь все лицо Дино заполнено гнойниками.
Внезапно итальянец открывает рот. И что-то выползает наружу.
Темный шар. Шар раздувается, упирается в челюсть, брызгает струя крови. Глаза Дино, ноздри и уши тоже начинают набухать. На животе и даже в поросли волос на руках итальянца выпирают новые пузыри. Штаны раздуваются, треща по швам и отплевываясь пуговицами. Гигантское тело потрескивает, как мясо на углях. Фантасмагория и гротеск.
А потом все процессы разом останавливаются.
Шар с хлюпаньем всасывается обратно в горло. Живот опадает. Все заканчивается так же стремительно, как и начиналось. Дино неподвижно лежит в том же положении, кровь струится из ушей, ноздрей, из-под век, вокруг горла собирается лужа. На лицо с ужасным разверстым ртом Кармела не в силах смотреть.
Это голос Де Сото; в первую секунду Ларедо принимает его завывания за очередной выплеск кокаиновой агрессии, но быстро понимает, что дело вовсе не в наркотике.
Мавр первым бросается вперед, Ларедо пытается угнаться за ним.
Сначала они видят Де Сото со спины, он стоит перед группой деревьев — деревья трещат и шевелятся. Даже в потемках Ларедо различает, что они увешаны людьми. Люди цепляются за что попало — за нижние ветки, за кору, за других людей, собираются в крупные виноградные гроздья. Ларедо видит только спины и зады. Гигантские соты из кожи и позвонков, ползущие наверх, к кронам.
— Нет! — кричит Де Сото. — Их поймали! Их… там!.. — Его крики, его метания с винтовкой наперевес, а еще неразбериха прилепившихся к стволам тел мешают Ларедо увидеть яснее. — Мы шли вместе, все трое!.. — Слова Де Сото — как боксерские удары. — Вместе! Потом услышали! Они прошли вперед и…
И наконец Ларедо их видит. Бюст уже успела раздеться и карабкается по левому стволу; француз срывает с себя футболку перед правым стволом. Все их вооружение, теперь совершенно бесполезное, разбросано по пути к деревьям.
