— А теперь еще раз на понятном языке, — сказала Клара. — Клиент отправляет сообщение не со своего IP-адреса, а распределяет его на несколько разных сторонних серверов, которым адрес конечного сервера неизвестен?
— Правильно. — Германн кивнул, словно это была самая простая вещь в мире. Для IT-специалистов, конечно, так и есть, но не для простых смертных.
— А почему бы нам не остановиться на этом примере? — спросила Клара.
— Хорошая идея. — Германн нарисовал еще несколько деревень на доске. — Вместо того, чтобы идти из деревни А напрямую в Рим, наш преступник идет через деревню Б, деревню В и деревню Г. Так, следуя от деревни к деревне, он попадает наконец в Рим.
— И что знают о нем в Риме? — спросила Клара.
— А в Риме о нем знают, что он пришел из деревни Г. — Германн обвел ее фломастером. — Остальные данные недоступны. В деревне Б знают, что он пришел из деревни А, в деревне В знают, что он пришел из деревни Б, а в деревне Г знают, что он пришел из деревни В. — Он оглядел присутствующих. — Но никто не знает всего.
— А кто может предоставлять в распоряжение эти серверы? — спросила Клара.
— Любой пользователь, у которого есть компьютер и достаточные накопительные возможности, может туда заявиться. Вот такая идея TOR, — объяснил Германн.
— Наш убийца отправился из деревни А. Деревня Б, возможно, где-нибудь в России, деревня В — мобильный компьютерный центр «Гугл» где-нибудь в Антарктиде…
— «Гугл» в Антарктиде? — удивленно переспросил Торино.
— Да, у них есть плавучие компьютерные центры в полярном море, это не шутка, — кивнул Германн. — Там они не тратят средств на охлаждение.
— Безумный мир! — покачала головой Клара.
— Значит, «Гугл» в полярном море, а деревня Г, — продолжал Германн, — это какой-нибудь сервер в Индии, Китае или еще где-то.
— Проклятая система! — выругалась Клара. — Но можно же отследить его от деревни Г? Это же должно получиться?
Германн кивнул.
— Можно. Но нужно поторопиться. Соединения меняются каждые десять минут. Вместо деревни Г неожиданно получается деревня М, вместо деревни Б — деревня Х. И так далее.
— Проклятье! — Клара покачала головой. — Этот тип просто непредсказуем!
— Это, должно быть, можно сделать с применением полицейских полномочий, — высказался Винтерфельд. — Ведь речь не идет о том, что кто-то распространяет фото обнаженной супружеской пары, а чета не может ничего о нем узнать. Это все-таки следственные действия по раскрытию серии убийств.
Германн снова кивнул.
— IT-эксперты из Федерального ведомства наблюдают за первым и последним звеньями цепи, то есть деревнями А и Г. Тогда можно провести статистическую оценку и, если повезет, выйти на IP-адрес изначального сервера. Проблема заключается только в том…
— …что это занимает много времени. — Клара горько улыбнулась. — Я права?
— Минимум полчаса, — ответил Германн. — И если убийца будет сидеть офлайн или выберет новую TOR-сеть, он свою задачу выполнит. А если он не глуп, то сделает именно так.
В комнате воцарилось молчание.
Наконец Клара заговорила:
— Ждать анализа ДНК, ждать Интерпол, ждать Федеральное ведомство, ждать правильного сервера, ждать, пока господин Торино припомнит возможных врагов, ждать информацию по Инго М. … Мы можем делать еще что-нибудь, кроме как ждать?
Германн как раз открыл страницу «Ксенотьюба». Вдруг его глаза округлились.
— Можем, — ответил он. — Боюсь, есть что-то новенькое.
Альберт Торино был намерен потрясти немецкий медиамир.
Сделать такое, что было бы жестче и экстремальнее шоу «Fear Factor» и циничнее «Dschungelcamp».
Он представлял немецкий медиамир Новым Орлеаном, а себя сравнивал с ураганом Катрина.
Но на каждый экстрим найдется еще больший экстрим. На каждый ураган есть свой торнадо. На каждый костер есть извержение вулкана.
В конечном итоге на каждого черта найдется дьявол.
Германн запустил ролик.
Несколько секунд экран оставался черным, потом появилась связанняя девушка на стуле. Это была Андрия в белом платье, похожем на погребальный саван, рот заклеен серебристой лентой.
Она дрожала. Глаза ее горели странным блеском, который появляется, когда человек больше не паникует, а смирился, потому что знает: неминуемое случится.
Возле Андрии стоял мужчина в черном.
В темных очках,
Черной маске.
Черных перчатках.
Как на компакт-диске, который Клара получила три дня назад.
Но на этот раз все грандиознее. Хуже. Намного хуже.
Измененный голос произнес:
— Я сдержу свое обещание.
Черная фигура рядом с девушкой, сидящей в белом платье на стуле! Все это напоминало портрет повелителя смерти.
— Десять миллионов зрителей, — потерянно произнес Германн и указал на цифру рядом с роликом. — Больше, чем у «Dschungelcamp».
Клара только кивнула. Она не знала, что ужаснее: услышанная информация или то, что разыгрывалось у них перед глазами.
— Я сдержу свое обещание, — повторил голос. — Сейчас начнется продолжение «Shebay», и так же, как в этом шоу, вы, те, кто по ту сторону экрана, сможете выбрать, что должно произойти.
В нижней части экрана замигала ссылка на сайт.