— Да, но девяносто восемь процентов типов в зомбистане подумали, что все реально, и решили, что это круто. Круто и подлинно.
— Ты хочешь сказать, что непрофессиональность может быть подлинной?
Торино кивнул.
— В нужном месте — да!
Теперь замолчал Йохен.
— Аргумент, — наконец сказал он. — Старуха была действительно с перчиком.
— С перчиком? — Торино взглянул на Йохена, нащупывая ручку радио. Заскулила попса. — Такого я еще не видел! Как думаешь, что будет, когда шоу увидят звукозаписывающие компании, рекламные агентства, шоу топ-моделей? Такое ищут все! А у кого права? У нас! У нас договор! — Он вытащил из кармана флешку. — Вот здесь он, для Мирса. Он может посмотреть тут же в «Гриль Роял», если приедет, в «Blu-ray»-качестве. — Это была запись с выходом Грешницы. — Если на него это не подействует, значит, он импотент.
— Ты хочешь выстрелить из всех стволов? По самым крупным медиакомпаниям? — Йохен наморщил лоб.
— Конечно. Я пришпорю эту ненасытную скотину из «Pegasus Capital».
Йохен одобряюще кивнул, а машина мчалась по Спанише-аллее. Вдалеке на фоне затянутого дождем горизонта виднелась телевышка.
— Мы — революционеры! Мы ищем звезд, которых действительно хотят. Потому что их выбирают те, кто хочет, и выбирают потому, что могут оказаться с ними в постели. Кто скажет, что это не стимул? Это анализ потребителей, а не слабоумный психологический опрос. Это — развитие звезд, а не тупые перепевки хитов семидесятых. Мы перепишем историю медиапроектов!
Некоторое время они ехали по Авусу молча.
— Как зовут эту Грешницу? — спросил Торино.
— Андрия. Я как раз проверил перед отъездом, — ответил Йохен. — Если ты хочешь пропихнуть ее наверх, она должна победить в первом финале.
— Она и победит.
— А если нет?
— Тогда мы позаботимся об этом! — Торино осклабился. Зазвонил мобильный. Он узнал номер. — Том, how is life?
— Только что приземлился. Рейс не выпускали из Франкфурта, и нам пришлось сесть в Шёнефельде, потому что Тегель ночью закрыт, — сообщил Том Мирс.
Время было чуть за полночь. Торино тоже несколько раз сталкивался с вынужденными посадками в Шёнефельде.
— Могу подъехать в «Гриль Роял» через полчаса, — сказал Мирс. — Подойдет?
— Подойдет, как корове седло.
— Возьмем там что-нибудь перекусить? — спросил Мирс.
— Я уже позаботился об этом.
Торино закончил разговор и направил «бокстер» по Кайзердамм в направлении центра. Том Мирс в это время садился в такси у аэропорта Шёнефельд.
Был час ночи, когда Клара включила ноутбук и вставила диск в дисковод.
Дежавю. Тот же файл с названием «Жасмин. mpg».
Двойной щелчок. Снова около минуты — черный экран.
Потом лицо. Тушь для ресниц, стекающая по щекам.
Снова сообщение о смерти, которое жертва сама проговаривает перед казнью. Слова как-будто произносит кто-то другой, словно она уже мертва. И именно это она говорит в конце:
— Меня зовут Жасмин. Я уже мертва. Но хаос продолжается.
Большие руки в черных перчатках, которые обнажают нож. Он внезапно появляется за кадром. Проходит несколько секунд, прежде чем Жасмин — или как там ее зовут на самом деле — сообщит о собственной смерти.
Клара остановила видео до сцены, которой боялась, но что-то внутри ее жаждало это увидеть. Возможно, чтобы сказать себе: я смогла посмотреть во второй раз, и это меня не разрушило, а может, даже сделало сильнее.
Она встала, налила еще виски и вышла на балкон. Внизу все та же полицейская машина, а на небе темные облака, которые закрыли луну черным саваном.
«В Интернете полно подобных фильмов», — подумала Клара. Она как-то говорила об этом с директором «Полиции сайтов» — отряда по борьбе с порнографическими публикациями Скотланд-Ярда. Есть фильмы, о которых известно, что они постановочные, но выглядят как реальные. И есть фильмы, которые, как бессмертные призраки, периодически появляются в Интернете, сколько бы полиция ни закрывала сайты или ни блокировала серверы. Как в игре кошки-мышки, ролики неожиданно появляются снова. Какие-нибудь хакеры-извращенцы в очередной раз отправляют фильмы в сеть с какого-нибудь жесткого диска, с какого-нибудь скрытого компьютера из богом забытого уголка, чтобы получить пятнадцать минут славы для себя или прославить то, что они скачали в Интернете и сделали доступным для всех, с дьявольской радостью добиваясь рейтингов на сайтах, поднимающих популярность видеопорталов до небес.
От 300 до 1000.
От 100 до 10000.
От 10000 до 100000.
И комментарии:
You think this is real?
No, it’s fake:)))
Check this out, this is REAL!
А потом ссылка на другой сайт, который не найдет ни один поисковик.
Клара вдыхала холодный воздух и маленькими глотками пила виски. Глаза ее пекло от усталости, а горло — от виски, но она понимала, что не сможет уснуть, пока не выяснит, что скрывается по ту сторону убийства, что стоит за этим видео.
«You think this is real?»
Клара знала о таких фильмах. Она смотрела их в Скотланд-Ярде, и они все еще были в сети.
«The Dark Side of Porn» — репортаж о снафф-видео, существует ли оно. Там были сцены, которые зрители считали подлинными.