Потом входят Винтерфельд и Германн.
Потом Клара.
Сегодня.
В 8 часов вечера.
Экран стал черным.
Клара почувствовала, как желудочный сок, превратившись в расплавленный металл, поднимается по пищеводу, а страх выдавливает из легких весь воздух.
Убийца заснял ее. Он срежиссировал момент так, что Клара оказалась в нужное время в нужном месте. Словно он точно знал, где и когда она будет.
Клара потной рукой сжимала мышку, как талисман. Рассудок сообщил ей то, что уже видели глаза, а мозг услужливо вытеснял эту информацию: это — не просто электронное письмо, это — второе сообщение от убийцы.
Лично ей.
Кларе было все равно. Она дрожащей рукой навела курсор на файл PDF. Двойной щелчок.
Наконец открылся текст:
Клара Видалис, нет худа без добра и нет жизни без смерти.
Вы, наверное, думали, что я у вас в кармане. Но результатов у вас не больше, чем крови в венах высохшего Якоба Кюртена.
Как вы думаете, сколько людей лежит в своих квартирах мертвыми вот уже несколько месяцев или лет? Люди, отсутствия которых никто не заметил, потому что мумифицированные трупы не пахнут. Их не заметили, потому что никогда не замечали. Потому что они — бесполезное расточительство клеточного материала, ненужные создания, чья смерть — просто священная жертва.
Вы, конечно, замечали, что в некоторых окнах в начале лета все еще мигают новогодние гирлянды. Ваш взгляд скользит по тысячам домов Берлина, и вы не знаете, лежит там еще одна жертва или нет. Вы их еще не нашли и никогда не найдете.
Вы, конечно, можете удовлетвориться мыслью о том, что хоть жертвы потеряны и забыты, но когда-нибудь вы сможете поймать меня.
Виновника, инициатора.
Но вы не сможете этого сделать. Потому что меня нет. Я — нечто неосязаемое и неизъяснимое. Я — само ничто.
И в то же время я — все.
Преступники, которых вы ищете, — мои жертвы, а убийцы, которых вы поймали, — мои мертвецы.
Жасмин была не первой. И она не последняя.
Вы хотите меня перехитрить, но я вас превзойду. Вы хотите меня поймать, но попадетесь сами. А если вы хотите меня убить, то погибнете. Потому что я — вирус, который распространяется повсюду. Я виртуален, я неосязаем.
Я — настоящая программа-убийца.
Я больше, чем те, кого выслеживают и ловят глупые мелкие сыщики. Те наивные, похотливые членистоногие рано или поздно попадут в ваши нехитрые ловушки, потому что они не более чем безмозглая пульсирующая протоплазма. Но я не такой, я больше, я повсюду. Именно я расставляю ловушки на вас.
Если другие — только тень, то я — непроглядная ночь.
Если другие — просто убийцы, то я — смерть.
Я прихожу с косой.
Я — погибель.
Я — безымянный.
Mille piacer’ non vaglion un tormento.
Тысячи наслаждений не стоят одного страдания.
Жасмин не только была мертва, но и ее тело нашли. Он отправил Кларе компакт-диск, а потом прислал электронное письмо. Теперь наступило напряжение. Как она отреагирует? Испугается? Будет потрясена? Поймет ли, почему выбрана именно она, или ему придется объяснить ей это подробнее?
