– Да, Патрик, да, я вас поняла. – Марина уже окончательно проснулась и почувствовала дикую радость. – Я все поняла, Патрик, – изо всех сил кричала Марина в трубку, – и обязательно, обязательно передам все Ане!
– Передайте ей, что я, видимо, больше не буду звонить, а просто сразу приеду! Передайте ей, что я ее люблю! Марина, вы поняли, вы сумеете передать?
– Да-да, я поняла, я сумею!
В трубке щелкнуло, раздались гудки. Марина осторожно положила ее на рычаг и на цыпочках, босиком пошла в соседнюю комнату. Там она склонилась над стоящим на полу ящиком и долго вслушивалась в тихое, еле различимое дыхание девочки. Осторожно коснулась ее щечки рукой. Малышка сморщилась и чихнула. Света пошевелилась во сне, и Марина испуганно отпрянула.
Так же на цыпочках Марина возвратилась в кабинет, забралась под одеяло и прижалась к Денису. Он пробормотал что-то, не просыпаясь, повернулся к Марине и обнял ее одной рукой. Она всунула озябшие ноги между его ногами, согрелась и опять заснула.
Марину разбудила Светка. Она подошла к постели, осторожно потрясла ее за плечо.
– Вставай! – проговорила Светка хриплым шепотом. – Накинь чего-нибудь и выдь на кухню, поговорить надо.
На самой Светке был уже ее прежний засаленный халат.
На кухне Светка оперлась о плиту – еще бледная, но уже вполне похожая на саму себя.
– Слышь, дай закурить!
Марина протянула ей Денисову пачку сигарет и спички. Светка жадно затянулась.
– Слышь, не знаю прямо, как теперь и быть-то.
– А что? Плохо себя чувствуете?
– Не, чувствую-то я себя хорошо, дрова на мне возить можно! А только что вот мне теперь с девкой этою делать?
Марина сперва даже не поняла и хотела было спросить – с какой такой девкой? Но потом, к счастью, сообразила: это ведь Светка про ребенка своего говорит.
– А что? С ней что-нибудь не так?
– Да не в том дело! – Светка даже руками всплеснула от такой Марининой непонятливости. – Подскажи лучше, куда мне ее девать? Не к нам же на чердак! Ты ж там бывала, видела, что у нас делается. По-твоему, можно туда ребенка волочь?
– Наверное, нет.
– То-то и оно, что нет! – Светка сплюнула себе под ноги. – В Дом ребенка бы ее надо, вот что. Там за ими и уход какой-никакой. А мне бы хоть самой продержаться!
– Света, а можно, я ее к себе возьму?
Надо сказать, Марина мечтала об этом с той самой минуты, как младенец в зеленой бумажной пеленке очутился у нее на руках. Ей казалось, что она уже любит эту живую, теплую, реальную девочку куда больше, чем собственного своего, не разу еще не виданного будущего ребенка.
– А чего ж? – обрадовалась Светка. – Бери, конечно! Ты девка добрая, а маленько время пройдет – самой будет казаться, что у тебя близнецы. И мужик у тебя, опять же, что надо, ишь ведь как он меня вчера раскурочил – раз-два и готово, те врачи, в Соколинке, небось по сто часов каждый раз возились, а он ишь ты, даром что пацан еще совсем! Правда, те у меня парни обои были, а тут все-таки девка, она, стало быть, поменьше, так что, может, еще и поэтому. Но все равно, все равно, по всему видно, большой доктор он у тебя будет, да и сейчас уже. Ишь спит, умаялся вчера, видно, со мной. Он как, проснется – возражать-то не будет?
– Что вы! – уверенно воскликнула Марина.
– И ладно, и хорошо! – Светка явно была рада, что все так легко обошлось и не нужно будет тащиться в Дом ребенка. – Только вот просьба у меня к тебе будет.
– Какая?
На миг у Марины возникла безумная мысль, что сейчас Светка потребует вернуть ей девочку, когда та вырастет.
– Ты знаешь что? Ты ее Ксенией назови, в честь матери моей покойницы. Назовешь?
– Да, Света, конечно же, непременно назову! – От нахлынувшего на нее счастья Марина готова была ее целовать. – Света, вы только не волнуйтесь, пожалуйста, с ней все будет хорошо, с девочкой вашей, мы ее с Денисом за город увезем, на свежий воздух! Я ее больше чем родную любить буду! И… И спасибо вам! – Марина смолкла, не зная, что бы сказать еще, как полнее выразить обуревающие ее чувства.
– Ну, девка, ну ты и псих! – пробормотала Светка не то растроганно, не то с испугом и торопливо пошла к дверям, точно боясь, как бы Марина не передумала. – Пойду я, волнуются небось мои-то! Решают небось, жива ли. Ну я-то им сейчас задам шороху, небось разберутся! – И Светка дробно засмеялась, предвкушая будущее веселье. – Мужику своему передай спасибо, он у тебя большой доктор будет, уж это точно!
«Почему будет? – обиделась про себя Марина. – Он и теперь вполне…» – но вслух ничего не сказала.
Дверь за Светкой захлопнулась, и в квартире сразу стало тихо, только в кабинете, разметавшись на разложенном диване, лежа на спине, бессовестно похрапывал Денис.
Марина в одиночестве пила в кухне чай и хотела и никак не могла решиться пойти посмотреть на свою девочку. Марина точно боялась, что девочка вдруг растает у нее на глазах, исчезнет так же неожиданно, как и появилась.
Проснулся Денис что-то около двух от отчаянного детского плача. Потянувшись, он сел на диване, свесил ноги и некоторое время соображал, где он сейчас находится и как тут оказался.
